Боялся лиц, что глазели на него из запаркованных машин.
Помчался на Шевскую, где пил и дрожал, поглядывая на зал, где каждый, казалось, знал его тайну. Проклинал Третью и хотел бы никогда не быть с ней знакомым. Она всегда приходила раньше и ждала его. Сейчас не хотела появляться. Он пил. Заметил, что очень похудел. Бледная кожа обтягивала кости. Когда девушка наконец появилась, он кричал и рыдал. Она долго успокаивала его.
Сказал, что не успеет; завалил дедлайн. Занимался спасением своего брака, который все равно висит на волоске, тетка умирает по частям, а вскоре он потеряет и сына.
Он записал саму легенду, согласовал версии, это уже кое-что. Теперь к этому нужно лишь добавить научный аппарат. Пан Фалда должен это понять, Кароль ведь не мошенник, просто человек, у которого рухнула жизнь. Он просит лишь времени. Если будет нужно, вернет деньги с процентами.
– Фалде плевать на деньги. Он хочет получить то, что хочет. Ты представляешь себе, под что ты меня подставил?
Кароль сказал, что это ее вина.
Да, они проводили вместе каждую свободную минуту, но не делали ничего дурного. Лишь маленькие невинные вещи, что нужны каждому человеку. Но у него есть жена. Все еще есть. Третья сказала:
– Нет, у тебя уже ничего нет.
Она встала и вышла, чтобы вскоре вернуться. Присела на краешек стула, как испуганная девочка. Из ресторана несся шум. Она взяла Кароля за руку:
– Отсюда поедем на поезд. Может, что-то идет до Познани. Там купим машину. У меня есть деньги, много денег. Фалда силен, но здесь.
Не найдет нас, если уедем достаточно далеко. Куда-то за пределы Европы. Год мы проживем спокойно. Потом видно будет. Все будет нормально. Главное, просто будет.
Кароль очень медленно назвал имена: Ясь, Ника, Лидия. Третья повторила, что их уже нет. Они относятся к миру, который не по его вине погиб. Мир сильнее нас. Кароль слушал ее. Перестал дрожать.
– А ты?"
"– В каком-то смысле я ждала этого. Сейчас, пожалуй, у меня нет выхода. Фалда, он, знаешь… – она подавилась смехом, – суровый отчим.
А я глупая. Ужасно глупая. Я могла сделать это уже давно. Или вовсе не делать.
– Мы будем вечно в бегах. В этом есть свое очарование. Без кредитной карты. Без постоянного адреса, без мейла, без интернета.
– Мир большой.
– Мир такой, какой есть. Я никогда их не увижу?
– Ну, это не так. Фалда толстый, и у него повышенное давление. Думает, что будет жить вечно. Такие умирают первыми. Раньше или позже ты увидишь Ясека. Может быть, он даже вырасти не успеет.
