Заперев за собой дверь, он обошел квартиру, заглянул в туалет, и Шубин, который спрятался за дверью и потому не всегда мог держать его в поле зрения, вдруг услышал булькающие звуки, после чего в нос ему ударил резкий запах бензина. Прежде чем по полу зазмеилась огненная дорожка, Шубин выбежал из своего укрытия и, чуть не сбив с ног Кравцова, возящегося с замком, рванул на себя дверь, после чего они оба оказались на лестничной клетке."
"– Идиот, что ты сделал? – Шубин дал ему такую затрещину, что Кравцов отлетел к стене.
– Звони немедленно по 01, вызывай пожарных… Что, решил замести следы? Тебе крупно не повезло, потому что я все видел, это во-первых, во-вторых, есть еще целая куча свидетелей, которые могут подтвердить твою причастность к убийству Льдова, в-третьих, жива Оля Драницына, которая тоже много чего знает, поэтому не вздумай сбежать, понятно? В твоих же интересах вести себя благоразумно. А теперь – марш к таксофону!.
.
Шубин понимал, что если Кравцов ни при чем, то все эти угрозы, весь этот довольно дурно пахнущий дешевый блеф, который он вылил на его голову, не произведут никакого эффекта. Ну и пусть, тем лучше! Зато, если Кравцов замешан в убийстве своего лучшего дружка или, предположим, Ларчиковой, которую они фотографировали вместе с Льдовым, вот тогда реакция не заставит себя долго ждать: страх порождает ошибки.
Пока Кравцов звонил, Шубин прислушивался к тому, что происходило за дверью (оттуда доносились треск и шипенье, а из щелей уже валил густой синий дым), и спрашивал себя, правильно ли он сделал, отпустив поджигателя; и только когда Виктор вернулся и, как преданный пес, взглянул в глаза невозмутимого Шубина, Игорь предложил ему сесть в машину и поговорить.
Через несколько минут во дворе дома появилась пожарная машина, из нее выбежали сразу несколько человек в почти космических скафандрах, и все они бросились в подъезд, где горела квартира Иоффе.
– Нравится? – спросил Шубин, наблюдая за работой пожарных, которые тянули через весь двор длинный толстый шланг, чтобы привернуть его к водопроводной трубе. – Ты вообще-то соображал, что делаешь? Вокруг люди живут… Ты знаешь, сколько тебе за это впаяют?
– Это вы приходили к Вадьке?
– Я. Дальше что?
– А то, что я здесь ни при чем.
