Я снял жене с дочкой квартиру в хорошем районе и дал водителя, чтобы тот помогал. Да и что скрывать — мне хотелось знать о передвижениях своей жены, даже если она съехала.
Но Марьяна отказалась и вместе с Сарой переехала к своей маме.
— Нормально, — Марьяна улыбается, когда играет с псом, но стоит ей поднять глаза ко мне, её взгляд меняется. Становится смущённым, что ли.
— Извини за мой внешний вид, мы там с мамой в огороде копаемся, — она убирает со лба прядь волос. — Сначала пололи, а сейчас перекопать несколько грядок надо, так что ты извини, я, наверное, пойду…
Она уже кладёт руку на дверь, чтобы развернуться и уйти.
— Давай помогу.
— Что? — она смотрит на меня широко распахнутыми глазами, будто ослышалась.
— Я говорю, давай огород перекопать помогу.
— Артур, — она смотрит на меня исподлобья со спрятанной в губах улыбкой. — Извини, но где ты, а где огород простых смертных? Спасибо, что предложил, но…
— Я серьёзно. Без мужика с огородом никак не справиться. Не скромничай. Думаю, вам лишний работник не помешает.
И по возникшему на лице жены сомнению понимаю, что нет — не помешает. Однако от сильнейшего стеснения она не знает, куда деться.
Хорошо, что на подмогу приходит свекровь и сразу же на моё предложение соглашается. Вместе с её согласием мне в руки ложатся старая майка и штаны.
— Это рабочая одежда, — поясняет свекровь. — Переоденься, зятёк, чтобы своё брендовое не пачкать. Галоши я тебе позже дам, — машет она рукой.
На слове «галоши» Марьяна начинает смеяться так, что держится за живот.
А я ловлю себя на желании, чтобы этот момент длился вечно. Я никогда не видел её такой. Открытой, смеющейся, даже игривой.
Видно, как она раскрылась рядом со своей матерью благодаря чувству безопасности.
Я тоже хочу, чтобы рядом со мной она была такой.
Правда, в огороде романтические мысли как рукой снимает. Физический труд он и в Африке физический труд. Но мне даже нравится.
Правда, временами приходится вырывать из рук то свекрови, то Марьяны тяжёлые вёдра и лопаты.
Видите ли, они всё сами могут, и никак мне до них не достучаться, что для тяжёлой работы есть мужик.
День стоит тёплый. Сара просится купаться — для этого мы надуваем на неё маленький детский бассейн и наполняем его тёплой водой. Она переодевается в смешной розовый купальник и со счастливыми визгами балуется в воде под присмотром взрослых и Джека, который привязался к Саре и Марьяне сильнее, чем за годы ко мне.
И до меня вдруг доходит, что это и есть настоящая жизнь.
