Улыбка Бриджит не дрогнула.
– Парламент – моя забота. Выполните свою часть работы, и мир никогда не узнает о вашей неосмотрительности. Возможно, однажды вы даже сядете в кресло премьер-министра. Но помните, господин спикер, я стану королевой. И я все еще буду королевой, когда ваша политическая карьера закончится, и вы будете рекламировать свои мемуары о днях былой славы на утренних ток-шоу. Так что в ваших интересах – сотрудничать и не усложнять ситуацию. Вы согласны?
Эрхолл был засранцем, но не идиотом.
– Ладно.
Я внесу предложение на следующей сессии парламента, – угрюмо сказал он.
– Отлично. – Бриджит поднялась с места. – Люблю продуктивные встречи. Мистер Ларсен, ничего не хотите добавить?
Я посмотрел на Эрхолла. Хотя некоторые его поступки изрядно бесили, в целом моя ненависть к отцу сменилась безразличием.
Какой бы властью надо мной он ни обладал, она исчезла.
– Я всю жизнь пытался представить, кто ты, – сказал я. – Ты был решением, безвозвратно изменившим две жизни, чудовищем, которое превратило в чудовище мою мать.
Я мог давным-давно узнать, кто ты, но предпочел этого не делать. Я объяснял это тем, что боюсь убить тебя за содеянное, – Эрхолл вздрогнул и отодвинулся еще на сантиметр, – но на самом деле я боялся столкнуться с призраком, который преследовал меня всю жизнь, хоть я и не верю в призраков. Какой он, человек, который технически является частью меня? Как он отреагирует, когда узнает, что я его сын?
У Эрхолла на подбородке дернулся мускул.
– И вот я наконец с ним встретился, и знаешь, что я понял? – Я посмотрел ему в глаза.
И почувствовал лишь апатию. – Он не чудовище. А печальный, жалкий человечишка, слишком трусливый, чтобы отвечать за последствия своих действий, и я потратил впустую десятки лет, предоставляя ему больше власти над своей жизнью, чем он заслуживал. Так что нет – мне не нужны и никогда не понадобятся ни твои деньги, ни титул, ни какие-либо отношения. Для меня мой отец мертв. Он умер, когда ушел тридцать четыре года назад.
Эрхолл вздрогнул, когда я встал, отбросив тень на его сгорбленную фигуру. Я кивнул:
– Всего хорошего, господин спикер.
Мы с Бриджит прошли полпути к двери, когда он сказал:
– Браки по договоренности заключают не только члены королевской семьи, мистер Ларсен. Людей заставляли вступать в браки без любви задолго до рождения ее высочества.
Я замер и обернулся, встретившись с Эрхоллом взглядом. Я заметил еще одну вспышку сожаления, но этого было недостаточно.
