Эта катастрофа коснулась каждого, она видна в глазах каждого.
Я вижу Глеба живым. Сейчас для меня это главное. Только среди всех собравшихся нет Марата.
Глава 29
Глеб
За несколько часов до…
За столом собралось не больше десяти человек. Все такие важные, в костюмах. Я среди них. На мне темно-серая двойка и белоснежная рубашка. Галстук игнорирую. Он давит и мешает.
Хотя Мила пару раз пыталась уговорить меня его нацепить. Потому что так “правильно”, мать твою. Не для меня, шоколадка, не для меня.
Разговоры на повышенных тонах, чувствуется напряжение в воздухе.
Поднеси спичку — может рвануть. Бахнуть, как бочка с топливом.
Меня никто не хочет слушать, хотя понимаю, что мое предложение резонное. Да, в некотором роде рискованное, но я уверен на сто процентов, что выстрелит.
Смотрю на отца и пытаюсь поймать его взгляд. Бесполезно. Он весь внимания на другом человеке, своем заместителе. Тот вещает полную ахинею.
— Отец, — пытаюсь я обратить на себя внимание.
Получаю только указательный палец в ответ, с немой просьбой помолчать.
С каждой минутой споры перерастают в настоящие баталии. Я на корабле и вражеский корабль готовится идти на абордаж.
Снимаю пиджак и вешаю на спинку стула, а рукава засучиваю. В кабинете становится невыносимо жарко. От споров, от давления друг на друга, да от количества находящихся здесь людей тоже.
— Павел, ты понимаешь, что мы физически не сможем потянуть эту кампанию. Мы можем потерять львиную долю капитала, — кто-то пытается переспорить зама отца.
Тот тоже получает укоризненный взгляд и указательный палец.
Ну хорошо, что не средний, отец.
Откидываю голову назад и закрываю глаза. Шум, который раздражает как зудение комара. Понимаю, что накатывает просто бешеная усталость. От происходящего, от этих людей, от разговоров. Хочу в свою малышку и гнать по трассе. Чтобы по одну сторону было море, а по другую горы. Серпантин. Я никогда не ездил так. И сейчас я отчаянно этого желаю.
Встаю со стула, забираю пиджак и иду к двери. К черту все.
Здесь мне места нет, а свое я еще не нашел.
— Глеб? — отец решил обратить на меня внимание.
— Что?
— Ты куда?
— Тебе есть дело?
— Я спрашиваю, ты куда?
— Ухожу. Здесь мне места нет."
"Отец встает с кресла. Его еще пытаются как-то остановить. Жалкие попытки намекнуть, что разговор за столом еще не окончен. Знали бы они отца лучше, ни звука бы не проронили. Он смерил их таким взглядом, что невольно сам опустил глаза, не дай бог и меня заденет.
Выходим вместе в коридор. Риты нет.
