Олег умер, — после недолгой паузы произнёс Эдуард и посмотрел на Егора. Качнул головой и, растирая шею, опустился на кровать рядом с мамой.
— Что? — он поверить не мог. Получилось. Сука... у него получилось...
— Пока не знаем подробностей. Пожар там или что-то вроде этого. Только что позвонили...
Егор застыл, переваривая новости. Сердце несколько секунд не билось, наверное. Он ощутил липкий и мерзкий пот, от которого футболка стала прилипать к спине.
Не мог произнести ни единого слова. Облегчение. Ликование.
Торжество.
Егор провёл ладонью по лицу, цепляя маску скорби...
Ну же, парень. Сделай вид, что эта новость тебя убила...
— Завтра приедет следователь. Сказал, что хочет задать несколько вопросов.
Слова отца доходили до него с небольшой задержкой. Егор кивнул, глядя на то, как папа, обняв маму, помогает той подняться. Словно в тумане.
— Мы уедем на пару часов, — тихо произнёс глава семьи, — побудешь один? Или, может, сходишь до Ксенакис, чтобы не быть одному?
— Куда вы?
— На опознание нужно съездить.
— С вами нельзя?
Внезапное желание убедиться во всём самому. Взглянуть хоть одним глазком. Быть уверенным в том, что его кошмар закончился.
— Нет, сын. Тебе там делать нечего.
Спустя полчаса, оставшись в доме один, Егор, наконец, сбросил себя эту паршивую маску подавленности. Выпил пару стаканов воды, смачивая пересохшую глотку, и вновь подошёл к зеркалу. С особой внимательностью смотрел на себя. Приблизился вплотную, едва не упираясь носом в собственное отражение.
..
Ничего. Абсолютное. Ничего. Его взгляд остался прежним. Ни единого признака того, что сегодня он лишил жизни человека.
Нет... Он просто избавился от ублюдка. Он избавил свою семью от монстра.
Он всё правильно сделал. Наверное.
Ему хотелось верить. Он заранее убедил себя этом.
...
Егор молча смотрел на её спину. На то, как плавно она поднимается при вздохах. Запрокинув руку за голову, рассматривал её волосы. Пересчитывал позвонки, что маленькими волнами выделялись под смуглой кожей.
Она такая мелкая. Хрупкая. Сожми он её покрепче, и косточки затрещат от его тисков. Ей наверняка больно... каждый раз, когда он пытается её удержать.
Парень убрал из-под головы руку и ладонями растёр лицо. Плотно закрыл глаза и, сморщившись, пальцами надавил на глазницы. Бессонная ночь брала своё. Усталость и переутомление давали о себе знать. Завтра у него бой, а состояние ни к чёрту.
Егор тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли.
