— Так делают люди. Целуют других людей, когда… когда хотят сделать приятно. Доставить удовольствие. Все! Забудь.
Сверр так и остался на корточках возле дивана, посмотрел настороженно.
— Это опасно, — вдруг буркнул он.
— Что опасно? Поцелуи?
— Да. Опасно засовывать женщине в рот свой язык. Если она его откусит, даже у риара новый не отрастет. — Ильх задумчиво качнул головой. — И другие части тела тоже.
Я подавилась, изумленно хлопнула глазами, а потом, не выдержав, рассмеялась.
Да так, что от хохота чуть пополам не согнулась! Отлично, дикий варвар, оказывается, боится поцелуев. Прекрасная новость! Так и напишу в отчете!
Сверр склонил голову, глядя по-прежнему недовольно, и добавил:
— Женщину лучше всего брать сзади. Придавив одной ладонью шею, второй держа бедра. Так она не вырвется и не причинит вреда.
«И не откусит ничего жизненно важного», — закончила я про себя. Ну и нравы… Дикие!
— Неужели ты всегда берешь женщину лишь так? — ура, кажется, во мне снова проснулся исследователь.
— Неужели у тебя это не случалось… по любви?
Ильх нахмурился.
— Нет. Любовь — для меня плохое чувство, лильган. Непозволительное. Оно способно ослабить риара, а женщине принести много горя. Моя жизнь — бой и сражение. И потому нельзя привязываться слишком сильно. Нельзя держать слишком сильно. Иначе можно потерять и себя. Плохое чувство, лильган.
— Значит, в твоей жизни всегда так? — спросила я.
— Только… так, как на шатии? Без… поцелуев?
Он кивнул, нахмурившись. Ильх смотрел остро и слегка озадаченно, словно пытался понять, о чем я говорю и зачем вообще нужны эти поцелуи.
— Мой язык мне еще пригодится, — тряхнув головой, он снова насмешливо улыбнулся и поднялся. Шагнул неторопливо. И сказал спокойно: — Но тебе будет хорошо и без таких… прикосновений.
Я фыркнула, не зная, смеяться мне или плакать. Вот и переступила через свой страх! Уж лучше вернуть на место исследователя и снова забыть о том, что я женщина! На ильха посмотрела уже серьезно.
— Я объясню, Сверр. Ты гость в моем доме. И в моем мире. И как гостю я окажу тебе всяческое уважение. Но, будь добр, и ты уважай меня. Никаких прикосновений, понимаешь? И если тебе кажется, что я отвечаю на твое желание, то прости, мы снова не поняли друг друга.
Сверр склонил голову набок, внимательно глядя мне в лицо.
