Протяжный писк срывается с губ, выгибаюсь дугой от остроты ощущений.
– А это за то, что по-дурацки записала меня в списке контактов.
Пытаюсь сконцентрироваться, но ком ощущений все больше и он вот-вот разорвет меня на куски. Если бы Клим не держал мои руки, то они давно были бы в его волосах или расстегивали рубашку. Ладони и ступни пронзают тысячи маленьких иголок. Низ живота изнывает от бессилия и желания.
До этого момента я чувствовала такое несколько раз, но тогда была в хлам, а сейчас… Этот парень даже не нравится мне.
Он псих. Самый настоящий садист. Почему же я… Хочу его? Да! Это определенно оно. По-настоящему хочу. Как мужчину. Сейчас. Сейчас же!
– Урок усвоен, Аня? – хрипотца в его голосе проникает под кожу и отзывается вибрацией внутри.
Безумие. Все это полнейшее безумие.
Клим зарывается носом в волосы у виска, оттягивает зубами мочку уха и отпускает:
– Не слышу ответа.
Нечем дышать. Никита поджег все, кислорода больше нет. Мы одни в комнате. Он на мне, и я готова. Всего пара манипуляций с одеждой отделяют нас от…
Гордость выходит из комы и дает пару крепких лещей той желеобразной херне, в которую я превратилась.
Клим трахает всех подряд. Скорее всего, прежде чем приехать сюда, тоже с кем-то развлекался. Я не хочу быть такой… Больше не хочу.
Слезы жгут глаза. До меня, наконец, доходит все, что сейчас произошло. Он возбудил меня. Специально или нет, не важно! Я поддалась! Сама!
– Ты меня раздавишь, – дрожащими губами произношу я.
– Не волнуйся, я контролирую процесс.
Да? А я вот уже ни черта не контролирую! И чем дальше, тем хуже.
– Никита, отпусти. Ты что-то там про дружбу заливал, а это на нее не похоже, – бормочу словно в бреду или в преддверии истерики.
– О-о-о… – его лицо снова оказывается напротив моего. – Ты уже согласна на дружбу?
На все, что угодно, только пусть свалит нахрен из моей комнаты.
– Пожалуйста, – выдыхаю я и сжимаю губы, отворачиваясь.
– Аня…
Клим отпускает мои руки и скатывается вбок, освобождая. Поднимаюсь и прижимаю колени к груди, упираясь в них лбом.
– Аня! – Никита дотрагивается до моего плеча, сидя за спиной. – Ты чего? Я же не собирался…
– Да-да… Ты не увлекаешься девственницами. Я помню. Что ты здесь делаешь?! – поднимаю голову, но не оглядываюсь назад.
– Я же сказал, что приеду.
Нервный выдох отзывается дрожью в груди. Жесть! Все так просто, да?
– Как ты вошел?
– Твоя подружка дала мне ключ. Она оценила тебя в две «Маргариты». Нахера ты вообще с ней общаешься? Я не понимаю.
Сглатываю обиду.
