А он так же изучил её, и она перестала быть не только хозяйкой собственного тела, превращаясь всякий раз в послушный воск от одного лишь прикосновения. Она, то есть, я перестала быть хозяйкой собственного сердца. Этот жалкий трус оказался ещё и вором, похитившим моё сердце. И я даже не знаю, где оно теперь. Но точно не при мне, потому что я перестала чувствовать.
Матвей, зачем тебе моё сердце? Верни его уже! Ведь я выполнила свою миссию на все сто. Отыграла в придуманном тобой спектакле от и до. Из меня получилось прекрасное орудие твоей идеальной мести, я не подвела тебя.
А потом отправилась домой, на заслуженный отдых, как вышедший в тираж провинциальный клоун.
Ни о чём я сейчас не жалею так сильно, как о том, что рассказала тогда тебе, Матвей, о своих чувствах… Да что там! Я готова была на коленях за тобой ползти, лишь бы ты позвал меня. Лишь бы снова прикоснуться к тебе, почувствовать запах и вкус твоей кожи, ощутить твои руки и губы на своём теле. Дура! Наивная идеалистка.
Матвей ушёл так же, как появился. Как в старой песне: из ниоткуда и в никуда. За прошедший год я ничего не слышала о нём, не получила ни единой весточки. Я даже не знаю, жив ли он вообще. А я жива. Правда, иногда не могу понять, зачем.
Конечно, сейчас приступы тоски и боли приходят всё реже. Но иногда приходят. Вот и сегодня я поехала на этот праздник, чтобы не быть с самой собой и не думать. А если бы поехала на приём по случаю дня рождения Ольги, то вспоминала бы и думала ещё больше.
Ведь всё началось именно там и тогда.
Первое время после того, как Матвей выбросил меня, словно ненужную вещь, я помню очень смутно. Я ничего не чувствовала и почти ничего не понимала. Даже из комнаты своей почти не выходила. Потом отец привёз какого-то врача, а тот назначил лечение. Видимо, доктор и вправду знал своё дело, потому что к сентябрю, к началу третьего курса, я была уже в полном адеквате.
Окунувшись в учёбу и в студенческую жизнь, я начала восстанавливаться ещё быстрее.
Вскоре частично вернулся вкус к жизни, и восстановился цвет лица. Я также начала более-менее нормально питаться и перестала напоминать самой себе призрак из старинного за́мка.
Тогда же я приняла решение съехать от родителей и купить собственную квартиру на деньги, оставленные мне покойной мамой и ждущие своего часа. Покупка собственного жилья — маленькой современной студии в новостройке — окончательно вернула меня к жизни.
