Сверху, как перекладина буквы «П» – кружочки: источники информации о горюче-смазочных материалах.
Самохвалов зашел в кабинет, глянул через плечо, хмыкнул:
– Начитался книжек про сыщиков, Юрий Митрофанович? Только в жизни все проще! В жизни твой Шерлок Холмс ногу сломит. Вот если бы связника живым захватили… А так – все в пустой след! Пока следующий связник не попадется или наш осведомитель не стуканет…
– Да нет, сейчас я проведу линии, если три пересекутся в одном месте, то это и есть источник утечки, там и надо искать… – принялся увлеченно объяснять Латышев, которого увлекла аналитическая работа.
Но Самохвалов и слушать не стал, махнул пренебрежительно рукой и пошел по своим делам.
А Латышев, не вставая из-за стола и лишь прозванивая по телефону в различные службы и подразделения, установил: численность предполагаемого пополнения неизвестный шпион мог определить одним-единственным путем – через вещевой склад, на который только что поступило триста комплектов полевой формы. Имелась еще заявка на расширение к концу месяца числа сухих пайков – тоже на 300 комплектов.
Следы явно вели в службу тылового обеспечения. Заявки на патроны, снаряды, и горючее подавал отдел арттехвооружения, который тоже входил в службу тыла!
Только расписанием эшелонов занимался самостоятельный – транспортный отдел, но, вызвав кадровиков и режимников «засветившихся» подразделений, Юрий Митрофанович узнал, что замначальника службы тыла майор Овсянников тесно дружит с начальником подотдела воинских перевозок капитаном Финогеновым.
Завершающим штрихом стали личные дела Овсянникова и Финогенова, которые строго конспиративно принесли ему запуганные кадровики. Достаточно было заглянуть в собственноручно заполненные анкеты, чтобы узнать мелкий, с наклоном влево, почерк майора Овсянникова. Именно им было написано шпионское донесение!
– Попался, шкура! – сказал капитан, всматриваясь в тусклую фотографию, позволяющую рассмотреть круглую самодовольную физиономию с двойным подбородком.
Латышев торжествовал: без засад, стрельбы, погонь и допросов третьей степени, чисто аналитическим мышлением он разоблачил шпиона! Вот тебе и преимущество метода дедукции любимого им сыщика! Хотелось тут же похвастаться перед товарищами, но внезапно пришла другая мысль: самому арестовать предателя!
Одевшись, он быстро прошел два квартала до Управления тыла.
Мороз не утихал, улицы были пустынны, бездомные собаки, поджав хвосты, жались к дверям домов, откуда иногда облачками вырывались крохи тепла.
