И последний, — объявил он членораздельно, буквально выдалбливая из себя каждое слово. — Это правда, что решение о разводе было принято очень быстро? Практически сразу после первой брачной ночи?
Я вдруг встрепенулась. Словно очнулась, наконец, из вязкого ступора. Вскинула взгляд на мужа и рвано мотнула головой.
— Адам, — осторожно начала я. — Ты должен узнать всю правду, а не только…
— Ничего лишнего! — безжалостно перебил он, повысив тон. Взгляд черных глаз исподлобья заставил тело покрыться потом от неприятного жара.
— Только ответ на вопрос, Мариям. От тебя отказались сразу после первой ночи?
Боль и вселенская обида обожгли грудную клетку. Почему так несправедливо?! Так жестоко!
Я посмотрела на Адама с мольбой, с последней надеждой, в которую до сих пор отчаянно верила. Я прекрасно понимала, в каком свете этот вопрос выставляет мою историю, в которой далеко не все так очевидно. Но… вернут ли мои оправдания его сердце?
— Да, — ответила смиренно, в конце концов, ощущая, как пол уходит из-под ног. — От меня отказались.
Опустив голову, я услышала шумное дыхание Амрана, который зашагал по кабинету и судорожное — Адама. Подняв глаза, увидела, как он сжал челюсти, испепеляя взглядом документы.
— Как ты только додумалась до такого… девчонка, — глухо и гневно выдал старший брат мужа.
А я зажмурилась, ощущая внутри такое опустошение, такую слабость, что едва смогла сделать следующий вдох.
— П-прости, — прошептала я, посмотрев на любимого и содрогнувшись от подступающего плача. — Прости меня!.
. Я должна была сказать…
Адам вдруг резко ожил. Я даже вздрогнула и немного отступила, когда он оказался вплотную ко мне.
— Я много раз пыталась, — залепетала я, будто предчувствую, что это последний наш разговор. — Но я так боялась тебя потерять!.. Посмотри, прошу посмотри в мои глаза, Адам! Они не лгут, что я люблю тебя!.. И что я повинна лишь в одном… Ведь ты не знаешь, как со мной несправедливо обошлись!..
Слова внезапно оборвались. Я увидела, как налились кровью любимые черные глаза.
Но вовсе не от гнева… От жгучих слез. И чувство вины за боль, которую я причинила Адаму тут же пронзило мое сердце насквозь, забрало последние силы.
Произнеся имя мужа одними губами, я прикрыла глаза, ощущая, как сбегают по моим щекам горячие капли. Но в следующую секунду веки испуганно распахнулись. Адам крепко взял мое лицо своей большой ладонью, и силой притянул к себе, так что мне пришлось встать на цыпочки.
— Адам, — вклинился между нами суровый голос Амрана.
