Вот это меня не наказали!
— Есть домашний арест.
Беркутов только мне подмигнул и показал Лютову-старшему, что пора сворачивать воспитательную деятельность.
— Ладно, на сегодня хватит воспитательных бесед, переваривайте пока, — и так многозначительно посмотрел на Влада, а затем и сына, что даже мне стало не по себе.
— Пап, что значит «пока»? За нами других прегрешений нет, — всполошился Саня.
— Ну-ну, — усмехнулся дядя Егор. — С вашими-то способностями на одно место приключение найти… — Многозначительная пауза, и все замерли в ожидании, что вот сейчас по-настоящему шандарахнет.
А то до этого, можно сказать, отделались лёгким испугом. — Ладно, живите пока без лоперамида, — и таким… сладким голосом он это сказал, что стало не по себе.
Стоило только старшему поколению выйти, первый не выдержал Влад:
— Меня одного напрягает, что дядя Егор так «мило» с нами распрощался? — обводя нас взглядом поочерёдно, спросил он.
— Меня больше напрягает его «ну-ну», — нахмурился Сашка. — Мир, я говорил тебе, что мы на грани грандиозного шухера?
— Было дело, — нервно икнула жена.
— Так вот, беру свои слова обратно, наш ждёт Армагеддон. Вернее, не вас, а нас с Владом.
Глава 42
ЧЕРНОВИК!!!
Со дня моего ранения прошло пять дней, я уже дозволь-таки неплохо себя чувствовал, что даже для меня странно. Может, чудо-мазь подействовала? Неважно. Мирослава всё это время жила со мной в палате, не хотела оставлять одного. Да и я нем оторваться от неё, постоянно ловил себя, что то и дело прикасаюсь к её ещё плоскому животику.
Как ни странно, нас никто не беспокоил, Влад и Сашка только пару раз заглянули. А Люцифер через три дня вообще пропал, и два дня даже на звонки не отвечает. Не думаю, что он испугался репрессий своего отца, тут было что-то другое… Но вот что? Мирослава вкратце описала мне ситуацию. Влад никак не прокомментировал, а Сашка до того, как исчезнуть с наших радаров, смотрел на Влад слишком напряжённо. Значит, их мир слишком хрупкий. Нужно это как-то разрулить, негоже братьям волками смотреть друг на друга.
Я настолько увлёкся анализом происходящего, что даже не услышал, как в палату зашёл мой тесть, осмотрел меня придирчивым взглядом.
— Я вижу, что ты уже окреп.
— Есть такое."
"— Ну что ж, пришло время для твоего наказания. — Только я было хотела возмутиться. Какое нахрен наказание? Я не пацан, чтобы меня отчитывать. Но Беркутов меня перебил, продолжив: — Ты мужик взрослый, орать и строить тебя бесполезно.
