И хочу не просто в свою кровать, а чтобы была рядом и даже со своими ядовитыми замечаниями, подколками, острым языком и… Хотя да, от мыслей о том, что этот острый язычок может сделать с моим членом, парень снова восстал и мне пришлось позорно дрочить в душе, представляя все мыслимые и немыслимые способы, которыми я поставлю строптивицу на место.
В общем, примерно к обеду, сидя у себя в офисе, я составлял план покорения.
Она огрызается только потому, что не видела меня в деле. А я, чего уж там, вел себя как кусок дерьма, издеваясь над бедняжкой ради просто так.
Не все в жизни рождены красотками, не всем дано блистать и сверкать, но история знает много примеров, где мужчина был харизматичным лидером, а его женщина — серой мышкой. Ну взять хоть…
Ленина и Крупскую.
Образ, живо вылепленный моей фантазией, заставил меня корчиться от хохота.
Ладно, пусть будет Бандерос и Гриффит: не просто же так ее называют «голливудским чучелом»."
"Занимаясь, как Юлий Цезарь, сразу кучей дел, я параллельно представлял, как шаг за шагом возьму эту неприступную цитадель, максимум, за две недели.
Практически вижу, как моя адская козочка снимет колючую шкурку и охотно свалится в счастливый обморок прямо мне в руки.
А потом вдруг — бац! — и я торчу у нее под офисом с охапкой цветов, как какой-то влюбленный осел из мелодрамы.
Да еще и не один, а на пару с таким же кладоискателем, который смотрит на мою козочку, как кот на сметану. А она, вместо того, чтобы врезать ему по яйцам, готова свалиться в руки, словно груша.
Нет, сегодня я точно познакомлю ее задницу с тяжелой рукой Марка Червинского!
— Раз, — отчетливо говорю я, потому что до придурка явно не доходит, что я не шутил начет его веника и места, куда его воткну. Еще и так старательно, что через месяц у него из задницы прорастет целый розовый куст. — Два.
— Червинский, прекрати!
Моль пытается обойти меня, но я снова заталкиваю ее себе за спину. Пусть привыкает, что место женщины — за мужем.
— Три, — заканчиваю я, но Туалетный утенок, наконец, включает автопилот, и отваливает.
Жаль, что только к машине, а не за горизонт. — А теперь исчезни. Совсем.
Молька что-то выкрикивает у меня из-за спины, но я больше и сильнее, и вообще, если нужно, могу запросто закинуть ее на плечо и унести в наш счастливый закат.
— Я перезвоню, Вера, — раздраженно бросает придурок, садится в машину и нервно стартует с места.
