– У нас с Лидой Разиной, как бы это выразиться, любовь… Мы долго не виделись, каждый считал другого погибшим и тут вдруг такое… Впрочем, вы видели.
– Вся база видела! – проворчал комдив. – Ну что же, лейтенант, рад за тебя, совет да любовь, как говорится! Признаться, сам собирался оказать товарищу Разиной знаки внимания, она хорошая женщина, но раз у вас всё серьёзно, то они буду вмешиваться в вашу личную жизнь. Ладно, забыли, – комдив устало улыбнулся. – Не до соблазнов сейчас, война, тяжёлое положение, а ещё семья опять же в Подмосковье, м-да… Понимаю, где сейчас твои мысли, лейтенант, но всё же попробуй сосредоточиться, получится?
– Так точно, товарищ полковник! – Шубин уже пришёл в себя.
– Вот и отлично! Где носило тебя все эти дни?
Глеб лаконично изложил…
– Повеселился в общем, – резюмировал комдив. – Сожалею, что погибли твои товарищи. Рад тебя видеть и скажу откровенно: у меня нет разведки, а иметь разведку в нашей ситуации это как воздухом дышать. В строю сто девяносто красноармейцев и никого из дивизионной или полковой разведки – полегли все; выжили четыре офицера, имеем больше двухсот раненых.
Весь мой штаб наголову разбит, из вооружения – трёхлинейки самозарядные, винтовки «Токарева», с десяток единиц автоматического оружия, патронов у людей минут на тридцать ведения боя, из техники только гужевые повозки – их порядка двух десятков – лошади, слава богу, бензина не требует. Оставшуюся технику пришлось бросить – не тащить же в лес! Есть четыре пулемёта «Дегтярёва», но патронов маловато.
Теперь понимаешь, чем мы располагаем? Связь отсутствует со вчерашнего дня. Немцы взяли в котел несколько армий – всё, что мы могли им противопоставить. И мы с тобой сейчас находимся в этом котле. Дорога на Москву открыта, Можайская линия обороны ещё не готова. Командование западного фронта бросило против неприятеля две дивизии добровольцев, ополченцев, чтобы хоть как-то сдержать натиск. В общем, дивизии погибли полностью – это были необученный и московские мальчишки.
Что происходит на фронтах – мы не имеем понятия. Ещё вчера у наших соседей, на Брянском фронте положение было такое же катастрофическое, не думаю, что за сутки оно улучшилось. Надо прорываться, уходить на север, к своим – для этого мне нужна разведка местности и ты лучшая кандидатура. Всё, что смогли выяснить – немцы уже на подходе, со дня на день начнут зачистку. Они прекрасно знают, что в этих лесах есть советские части.
