А если это пишет Горин? Пускай он не знает моего номера, но вот свою страницу в социальной сети я запалила."
"Но никто не пытается выйти со мной на связь. Даже Соня. Я ведь бросила её на той вечеринке, объяснив свой отъезд лишь одним сообщением, что у меня разыгралась мигрень. А что я ей могла ещё сказать?
В понедельник утром я иду на пары, чувствуя, как от волнения у меня скручивает живот. И, когда приближаюсь к той самой парковке у стен академии, покусываю до боли губы.
А если там будет машина Тимура? Мне сразу бежать или как? Но на парковке стоят лишь несколько незнакомых мне иномарок.
Я позволяю себе перевести дыхание. У меня появилась надежда, что хотя бы сегодня я и Горин можем не пересечься. Правда, по коридорам академии иду, нервно косясь по сторонам.
А вот надежда не попадаться на глаза Петровой меркнет, стоит только переступить порог аудитории. Я искренне жалею, что слёт тиктокеров не проводят где-то на кольцах Сатурна.
Полина и Красно — мы с Тамарой ходим парой — уже сидят за столом на третьем ряду.
Мое появление не остаётся незамеченным.
— Какая классная рубашка, Просветова, — ядовито фыркает Полина. — Клетка такая м-о-о-дная, и джинсы прям чёткие. Волосы распустила, помыла их, что ли? Кстати, а ты побрилась?
Я заливаюсь краской и на мгновение прикрываю глаза. Делаю тихий вдох, когда прохожу дальше по аудитории, по которой тут же проносятся смешки. В горле сушит, но я отмалчиваюсь.
Понимаю, что Петрова просто добивается моей реакции. Неважно какой, главное, её наличие.
Она будет питаться этим, пока я буду давать ей повод. А мне хватило того, что случилось тогда в раздевалке. Поэтому я безмолвно под звонок на пару прохожу к свободному столу, за которым мы обычно сидим с Соней. Только её там до сих пор нет.
Я так и провожу в одиночестве всю пару, периодически ловя на себе взгляды Полины и Жени. Они то и дело перешёптываются, а я делаю вид, что меня это не колышет.
Всё внимание дарю нудной лекции, ну и ещё немного своему телефону.
Я отправляю Соне сообщение и всю пару жду от неё ответа. Но мой месседж остаётся непрочитанным.
Трофимова обиделась. Я это точно понимаю, когда она является к началу второй пары. Мы обмениваемся сухим приветствием и проводим все полтора часа без лишних слов.
Такая молчаливая Соня начинает напрягать меня даже больше, чем две дуры тиктокерши и возможность пересечься с Гориным. Мне ничего не остаётся, как вступить с насупленной подругой в диалог самой.
