«Она бездетна?»
– Один ребенок, – ровно сказала Анна. – Девочка. Ей пятнадцать.
– Она похожа на вас? – зачем-то спросил Макар. Бабкин не мог понять, откуда Илюшин берет именно такие вопросы.
– На мужа.
– А-а, тогда хорошо.
Илюшин замолчал, явно не собираясь больше ничего объяснять. Женщина некоторое время смотрела на него, пытаясь скрыть удивление, но в конце концов не выдержала:
– Вы о чем?
– Что, простите?
– Почему это хорошо?
«Неужели из себя ее выводит?» – гадал Бабкин.
– Я имел в виду, что так вам легче ее любить, – мягко ответил Макар.
На этот раз Анна Липецкая замолчала надолго. Бабкин знал, что Илюшин почти любого собеседника время от времени вводит своими умозаключениями в состояние транса. Понять, о чем думает эта женщина, было невозможно.
– О чем еще вы хотели меня спросить? – наконец поинтересовалась она.
– Вас зовут Юлия Зинчук?
Несколько мгновений Анна ошарашенно смотрела на Илюшина, а потом от души расхохоталась.
– Зинчук?! Я?
Внезапно смех оборвался. Изумление сменилось недоверием, недоверие – пониманием.
Она осознала, что на самом деле имел в виду Макар.
– Здесь Зинчук? – растерянно повторила Анна. – И вы думаете, что она – кто-то из нас? То есть это она… Она – убила?
Бабкин внимательно наблюдал за лицом женщины. Если она и играла, то играла превосходно.
– Я не знаю, кто убил, – сказал Макар. – Но Юля Зинчук среди вас. Вы ее не узнали, потому что она неплохо замаскировалась.
Выражение лица Анны стало отрешенным, глаза сузились. Сергей понял: она перебирает лица.
Пытается понять – кто? Кто из них?
«Значит, идея Макара не показалась ей бредовой».
Это уже говорило ему о многом. Как минимум – что Илюшин прав, когда копает в прошлом, в завалах школьных секретов и тайн.
– Кто? – резко спросил Илюшин, так же пристально наблюдая за Анной. – О ком вы сейчас подумали?
Она почти испуганно взглянула на него. Рука непроизвольно потянулась к золотой цепочке на шее.
– Ни о ком!
Бабкин чуть не подскочил. Липецкая врала! Пальцы ее скользили по крошечным золотым зернышкам, перебирая их, поглаживая.
Минуту спустя она совершенно успокоилась и прямо взглянула на Макара.
– Почему вы вообще решили, что Зинчук здесь?
– Поздно.
– Что?
– С этого вопроса надо было начинать. Сейчас его уже поздно задавать. Вы мне поверили.
Она усмехнулась и развела руками, признавая маленькое поражение.
– Что ж, может быть, вы и правы. Юлька всегда была…
– …немножко странная? – подсказал Бабкин, вспомнив Машины слова.
