Враги – это крючья: вы зацепитесь за них, чтобы не упасть, и перина не потребуется. Да, они исцарапают вас, но они же научат осторожности. Хороший враг – это тренировочный полигон. Вы так ловко научитесь уклоняться от опасности, что ран на вас попросту не будет.
Она достала сигарету из серебряного портсигара с монограммой. Бабкин уже тысячу лет не видел портсигаров и подозревал, что ими пользуются только пижоны с претензией на оригинальность. Но Липецкая не выглядела женщиной с претензиями на что бы то ни было, особенно – на оригинальность.
– Здесь нельзя курить, – сочувственно предупредил Илюшин.
– Я не курю. Мне просто нравится держать ее.
Она не улыбнулась, объясняя это. Обычно, Бабкин знал, женщины слегка улыбаются, как бы извиняясь за маленькие странные привычки. Липецкая не собиралась ни извиняться, ни оценивать свою привычку как странную.
Анна крутила сигарету, не выпуская ее из пальцев, но и не сминая. При взгляде на нее приходила мысль о швейцарском часовом механизме, точном и выверенном.
Простая гладкая стрижка, загорелая шея. Сильное, волевое лицо с великолепно очерченным подбородком.
И все-таки что-то с ней было не в порядке. Какой-то изъян, прочно скрытый за холодной броней. Той самой расслабленности, которую Анна демонстрировала, как раз и не хватало: присутствовала лишь ее хорошая имитация.
«Имитатор», – подумал Бабкин. Слово это, внезапно выскочившее, будто хлеб из тостера, больше не оставляло его. Анна Липецкая все время что-то изображала… Понять бы еще что.
– Кто был вашим врагом в школе? – немедленно спросил Макар.
Она одобрительно кивнула:
– Вы правы. Конечно, Света Рогозина. Но это был выдуманный враг. Я наделяла ее теми достоинствами, которых она в действительности не имела, и мысленно усиливала ее способности.
– Так легче было конкурировать?
– Вы неплохо соображаете, – благосклонно кивнула она. Это был не комплимент, а сухая констатация факта. – Да, мне требовался соперник. Я вообразила, что Света поступила в МГУ. Это заставило меня очень стараться, чтобы сдать экзамены туда, куда я хотела.
Потом я убедила себя, что она претендует на то же место, куда рвалась я.
– И сделали все, чтобы опередить ее?
– Само собой.
– У вас получилось?
– У меня получается все, за что я ни берусь, – без всякой рисовки сказала Анна.
– У вас есть дети?
Она вскинула на Илюшина темные глаза. Даже Бабкин, не успевавший улавливать нюансы их диалога, почувствовал, что Макар каким-то образом попал в больную точку.
