Она моргнула, улыбаясь так, будто выиграла битву века. В принципе, наша перепалка этому почти равнозначна: никто и никогда не заставлял меня передумать, тем более насчет драгоценного любимого семейства.
И я до сих пор не мог понять, что обескуражило меня больше: ее настойчивость или осознание того, что мне действительно нужно быть рядом со своим придурком-братом. Хоть он последний человек на свете, кто этого заслуживает.
Глава двадцать шестая: Нана
Этот перелет нельзя было назвать приятным. Почти все время Р’ран отмалчивался, а рот открывал только, чтобы поговорить по телефону.
Я старалась скрыть улыбку, когда по обрывкам фраз поняла, что мой упрямый монстр вовсю занят обустройством комфорта Лэрса. К тому времени, как мы приземлились в частном аэропорту, у Лэрса уже была кровь на первое время, куча новых лекарств. Р’ран так же позаботился о том, чтобы брата подвинули в очереди на донорскую почку, «выписал» самого известного трансплантолога и их семейного врача."
"Я с облегчением выдохнула, радуясь, что не ошиблась в нем.
Не хотелось думать, что человек, в которого меня угораздило влюбиться, одержим старыми обидами и не способен на поступок. Мой Р’ран был идеальным не только внешне: где-то внутри этого каменного тела и непроницаемого взгляда ровно и уверенно стучало самое громадное сердце во всей Вселенной. Битва еще не выиграна, но этот раунд я смело оставила за собой. Раунд – и понимание того, что в следующий раз нужно следить за языком и хорошенько думать, что и как говорить.
Потому что в комплекте к сердцу и внешности прилагалось еще и ослиное упрямство.
Больницы всегда навевали на меня болезненную тоску. Белые стены, белые потолки, белые люди, запах медикаментов, который въедался в волосы так, что не помогало и мытье головы, надоедливые звуки работающих аппаратов, тревожные звонки, рыдающие родственники и уставшие врачи. Если бы я не была инициатором нашего с Р’раном здесь присутствия, то и порог бы не переступила.
Нас почти сразу встретила медсестра, провела в кабинет к врачу. Он быстро ввел Р’рана в курс дела: состояние Лэрса критическое, борьба за его жизнь будет тяжелой и, скорее всего, бесперспективной. Я краем глаза посмотрела на своего монстра: он упрямо сжал челюсть, подался вперед, нависая над сухопарым мужчиной, словно громадная черная тень.
— Я от вашей чертовой клиники камня на камне не оставлю, если с моим братом что-то случится, - пообещал он.
