Прижимаю ко рту кулак, выдыхаю в него надрывно.
Он же ведет костяшками пальцев вдоль позвоночника, и я делаю вздох, изо всех сил держась за здравый смысл.
— Если бы я знал, что ты будешь меня оплакивать, я бы нашел другой путь.
— А он был?
— Всегда есть какой-то второй путь. Но знаешь что. Умирать паршиво. Менять свои базовые настройки паршиво. И я бы никогда не вернулся на этот свет, если бы меня не ждала ты.
— И Исса. Кира?
— Я планировал забрать Киру, но потом решил, что если пропадет собака, тебе будет сложнее.
— Боже. Я бы не пережила этого!
— Я так и подумал. Что касается Савелия, ты сама знаешь ответ на свой вопрос. Дружба с таким человеком как я, не способствует карьерному росту перспективного юриста. Прошлое Алтая было не стереть. На сколько я знаю, Савелий уже открыл свою фирму в Ростове, и думаю, вскоре доберется до Москвы. Другими словами, он сделал все то, что я говорил ему сделать еще пять лет назад. Исса отличный специалист и лучший друг, но его нужно подталкивать к переменам.
— Ты хорошо его подтолкнул.
— Паршивее всего стирать свою личность, зная, что всем от этого будет только лучше, — ядовитая ирония неприятно царапает, и я вскидываю глаза.
Давид усмехается и слегка касается моего подбородка.
— Твоя любовь столь мощная, что она воскрешает, Радка.
Как в моей любимой детской сказке «Аленький цветочек». Не той, что от Диснея, где все поют, а русской, мрачной. Она так сильно полюбила свое чудище безобразное, что он не смог умереть и оставить ее.
— Дурацкая шутка, Давид.
Не смешная. И уже поздно. Я люблю другого мужчину.
— Значит, мы будем… — он хмыкает, — дружить семьями.
— Что? — нервно смеюсь. — Ты шутишь сейчас?"
"— Постарайся найти общий язык с Венерой, а я прослежу за тем, чтобы твой муж всегда был, блядь, запакован в гидрокостюм, и случайно не убился. У мальчиков уже есть крестный, значит этот вариант отпадает, нам остается крепко и близко подружиться нашими замечательными семьями. Ради детей.
— Какая глупость. И, кстати, есть проблема.
Я быстро пересказываю ситуацию с официанткой, и заканчиваю фразой:
— Мы палимся.
— Скажи ее имя, — он тянется к телефону.
— Плевать на официантку. Мы палимся, это может быть опасным для твоей легенды. У меня не получается вести себя отстраненно, я плохая актриса.
— Ты прекрасная актриса, Рада. Официантку уволим остальным в назидание. Эти отели относительно новые, народ как следует не сработался. Везде нужна хозяйка.
— У тебя как раз есть Венера.
— Ревнуешь? — вкидывает он.
