— О чем? О том, что я с Иваном из-за его денег?
Ваня начинает нервно кашлять. Я рассказала ему, для чего Алла приходила в прошлый раз. Ваня попросил меня не брать это в голову.
— Нет.
— А о чем тогда?
— О том, как двадцать четыре года назад я родила дочку.
Меня простреливает молнией. Я хватаюсь пальцами за край стола и почти вонзаю в него ногти. Сердце быстро затарахтело.
— Мне это неинтересно.
— А ты все равно послушай. Очевидно, ты не знаешь правды.
Горло стягивает колючей проволокой. Ваня опускает ладонь мне на колено и как бы дает понять: не бойся, я с тобой.
А когда Ваня рядом, мне правда ничего не страшно.
— Двадцать шесть лет назад, — не дожидаясь от меня реакции, Алла начинает рассказ, — я окончила экономический факультет и устроилась бухгалтером в одну небольшую компанию. Руководителем там был молодой красивый мужчина. Я сразу влюбилась в него. Вот только он был женат, но все время рассказывал мне, как ему плохо живется с женой, что они вот-вот разведутся. Ну, типичная лапша на уши от женатого мужчины, который захотел гульнуть на стороне.
Я верила. У нас закрутился бурный роман, он повысил меня до главного бухгалтера и сразу стал просить как-нибудь так сделать, чтобы платить поменьше налогов. Я наивная влюбленная дурочка подделала налоговую отчетность. Так как опыта в таких делах у меня не было, мой обман быстро раскрылся. В компанию пришла налоговая проверка, завели уголовное дело, а меня как главбуха отправили в сизо.
Алла делает паузу. Ни она, ни Ваня к чаю не притрагиваются.
А вот я делаю быстрый нервный глоток и тут же об этом жалею. Кипяток обжигает язык и огненным комком проваливается по пищеводу в желудок.
Я не понимаю, для чего Алла все это мне рассказывает. Мне нет никакого дела до ее биографии.
— Начальник вышел сухим из воды, дал взяток, кому надо, и всех собак повесили на меня. В сизо я узнала о том, что беременна.
А вот теперь по позвоночнику пробегает неприятный холодок. В поисках защиты я смотрю на Ваню. Он накрывает мою заледеневшую руку своей.
— Мой возлюбленный от меня открестился, сказал, чтобы я не звонила ему и не беспокоила его. У него жена, семья, дети, и до моих проблем ему нет никакого дела. На седьмом месяце беременности меня приговорила к четырем с половиной годам среднего режима и этапировали в колонию на Урале.
Меня начинает бить озноб. Мысли хаотично жужжат в голове. Теперь я сама вцепляюсь пальцами в ладонь Вани и растерянно гляжу на него. Иван также ошеломлен рассказом Аллы, как и я.
