Ваня встает с дивана, зажигает свет и направляется в прихожую. Я сажусь и морщусь от яркого освещения. Ваня смотрит в глазок. Затем оборачивается на меня. У него нерешительное выражение лица. Но он все же открывает, и в квартиру заходит Алла.
Глава 29
Правда
Я сразу напрягаюсь. Зачем она пришла? Опять говорить мне гадости? Я не встаю с дивана и не иду с ней поздороваться. Наоборот, скрещиваю на груди руки и отворачиваюсь в сторону.
— Привет, Алл, не ожидал, — говорит Ваня.
— Извини, что без предупреждения.
— Я все никак не могу понять, каким образом вы с отцом попадаете в закрытый двор и подъезд.
У вас есть ключи?"
"— Нет, что ты, откуда у нас ключи. Обычно мы стоим и ждем, когда кто-то выйдет, чтобы зайти.
Ваня смеется.
— Понятно. Проходи. Чай будешь?
— Буду.
— Как твоя поездка?
— Продуктивно.
— А куда ты ездила?
— На Урал.
От такого ответа я натягиваюсь струной. Уж не в мой ли родной город?
— На Урал? — удивляется. — А что ты там делала?
— Выясняла кое-что из своего прошлого.
Почему у меня ощущение, что на самом деле Алла говорит это не Ване, а мне?
Они проходят в кухню-гостиную.
Я продолжаю сидеть на диване. Чувствую на себе взгляд Аллы, но не смотрю на нее и не здороваюсь. Я не боюсь ее. И не собираюсь стараться ей понравиться. Мне все равно, что она обо мне думает. Если ей хочется верить, что я с Иваном из-за его денег, то пускай. Я не буду ничего доказывать этой женщине. Она мне никто.
Но в воздухе сквозит напряжение. Я чувствую, что Ване неловко. Он не хочет обижать ни меня, ни Аллу, потому что мы обе ему дороги.
А как между нами балансировать, он еще не придумал.
— Инга, выпьешь с нами чаю? — осторожно спрашивает у меня Ваня.
Я стискиваю зубы. Я не хочу сидеть с Аллой за одним столом. Я бы предпочла уйти в комнату. Но только ради Вани выдавливаю из себя:
— Да, спасибо.
Я пересаживаюсь за стол. Пока Ваня готовит чай, я рассматриваю свои ногти. На Аллу демонстративно не смотрю. А вот она не спускает с меня глаз. Мне кажется, Алла даже дышать перестала. Она сейчас прожжет во мне дыру.
Боже, до чего же противный и едкий у нее взгляд. Как будто в душу смотрит.
Наконец-то Ваня разливает всем по кружкам чай, ставит на стол пирожные и садится рядом со мной.
Нелепость ситуации зашкаливает.
— Я приехала поговорить с тобой, — не притронувшись к кружке, Алла обращается ко мне.
Я вынуждена поднять на нее лицо. Моя биологическая мать сейчас выглядит чуть мягче, чем обычно. Нет вот этой жестокости в глазах, которую я видела раньше.
