— Тогда наступай на шнурок, я попробую разуться.
Она возились долго. Очень долго. Непростительно долго. И неаккуратно.
Скинули кроссовок. Содрали носок.
И выдохлись.
— Ну, зато согрелись, — откинул Марк голову. Прижался затылком к бетону. Вывернутые руки ныли и затекли, по вискам тёк пот, несмотря на холод. — Только надо отдохнуть.
— Согласна, — оценила Стелла замерший на краю ступеньки ключ. Одно неверное движение — и он сорвётся в щель между плитами.
Но об этом лучше было не думать."
"— Всё хотел тебя спросить, — закрыл глаза Марк.
Он точно знал, что сейчас надо отдохнуть и думать о чём угодно, только не о ключе. В горле пересохло. Он вспомнил про шампанское, что они пили в гостинице в её постели. — Ты тогда сказала. Ну, помнишь: мне неинтересно трахаться просто так. Это скучно: секс ради секса, или секс ради денег. А здесь судьба компании твоего отца у меня между ног. А секс по любви? Как на счёт него?
Стелла усмехнулась. Марк повернул голову и открыл один глаз. А грудь у неё была красивая.
Та, которую видел Марк. Если бы не эти синяки и засосы разных оттенков и степени свежести.
— Ты хочешь знать трахалась ли я по любви?
— Нет, детка. Я хотел узнать, любила ли ты. И кому так сказочно повезло.
— А я уж грешным делом подумала, скажешь: есть ли мне что вспомнить перед смертью.
— А тебе есть? — улыбнулся Марк.
— Тебе не понравится мой ответ, — растянула она губы в улыбку совсем невесело. — Любовь она вообще, как оказалось, штука грустная. Особенно невзаимная. Но да, я его любила.
И до сих пор люблю. Только не сложилось. То ли он меня не понял, то ли я что-то сделала не так. А, может, он был прав: нельзя смешивать личное и рабочее. Либо мы должны быть вместе, либо — работать.
— О, чёрт! Нет, — болезненно скривился Марк и покачал головой. — Прегер?!
Стелла кивнула, прикусив губу:
— Увы.
— Платон он такой, да, — вздохнул Марк. — Принципиальный. Правильный.
И теперь женатый. Счастливо.
Снаружи донёсся очередной всплеск шума. Голоса. Звуки, словно снизу был стадион и забили гол.
Марк оглянулся и вдруг понял… Чёрт! Он знал, что это за здание. И знал, что это за митинг собрался у его подножия.
Не давая себе подумать, на чистых спортивных инстинктах, он ударил снизу ключ. Тот взлетел в воздух, упал Марку на колени. Он перехватил его зубами, выгнулся, подавая в руку. Только бы подошёл, мелькнуло в голове. Вставил ключ в отверстие замка. Нажал и… ничего не произошло.
Нет, не может быть. Нет, судорожно соображал он.
