Но я прощаю тебе твою ненависть и обещаю: всё, что ты сделала для меня, даже не желая этого — не зря. И всё, чем пожертвовала — не напрасно. Я не знаю, что будет, не знаю, что должна буду сделать, но обещаю сделать всё, что в моих силах, чтобы он был счастлив. Всё, что смогу, потому что не отрекаются, любя. А я люблю его. Слишком давно и слишком сильно. Его одного. Всегда. Спасибо, Файлин. За всё. Прости, но мне надо идти и всё же доделать чёртову комнату, даже если она никому никогда не была нужна.
Вера хотела встать, но Файлин не отпустила.
Сжала её руку.
— Просто живи, — прошептала она. — Живи. Это всё, что ты должна для него сделать. Даже когда невыносимо захочется умереть, как мне — живи.
Файлин вздохнула, слепо глядя перед собой. Её пальцы выскользнули из Вериной руки.
— Ваан, — кивнула Вера женщине, стоящей в дверях.
— Мама, пусть он придёт, — чуть слышно сказала Файлин. — Я хочу попрощаться.
— Он здесь, Сверчок, — так же тихо ответила Ваан.
— Это хорошо, — кивнула Файлин. — Хорошо. До завтра меня не хватит.
Вера вышла."
"Марк, напряжённый как атлант, стоял в конце коридора, играя желваками. Вокруг него носился Ванька с самолётиком: кто-то ему уже сделал, бумажный, может даже Марк.
— Вер?.. — не попытался он её задержать, просто смотрел как побитая собака.
— Всё хорошо, — ткнулась она любом в его плечо. Вдохнула полной грудью его запах, покачнулась — так закружилась голова. Марк подхватил её одной рукой. Вера подняла к нему лицо. — Иди. Она тебя ждёт.
Он молча кивнул.
— Вань, — протянула Вера руку.
— Уже мофно пойти опять играть туда, где дорога?
— Пойдём лучше со мной, сынок, — кивнула Вера.
— Нет, нет, Вера, пожалуйста, — вдруг вмешалась Ваан, — пусть он пойдёт с папой.
— Хорошо. Пусть, — кивнула Вера. Погладила Марка по плечу и пошла вниз по лестнице, не оборачиваясь.
Она слышала, как радостно что-то спрашивал Ванька, как отвечал ему Марк. А потом пролёт сменился и все звуки заглушил рёв инструментов с первого этажа…
Он не расскажет ей как они встретились и о чём говорили.
А она не спросит.
Он не произнесёт ни слова, когда войдёт: она всё поймёт по его глазам.
И только Ванька, светлый маленький человечек, бесхитростно поделится, что они играли, папа строил новую дорогу и всем было весело. Но потом тётя уснула, и они не стали шуметь и ушли.
— Мама, а мы ещё придём сюда играть? — спросит он по дороге домой.
— Нет, мой милый, — протянет ему руку Вера и сожмёт маленькую ладошку. — Сюда мы больше не придём.
