Пока я не обвиваю шею руками и сама его не целую. Контакт наших языков происходит ровно в тот момент, когда ладонь Адама касается меня между ног.
По телу прокатывается мелкая дрожь. Кажется, я на грани оргазма. Он охренеет, если поймет это, но контролировать реакции своего тела я не могу. Литовский играет на нем, как виртуозный музыкант на скрипке.
Раскрыв пальцами складки, нащупывает клитор и давит на него подушечкой. Действует мягко и нежно, хочет, чтобы я кончила.
Активно отвечая на поцелуй, поощряю. Мне, чёрт возьми, очень хорошо!.
..
Я его почти люблю!
Застываю на пике, концентрируясь только на скользящих массирующих движениях, и детонирую, выгнувшись всем телом в дугу. Электричество вырубает, свет меркнет. Я оказываюсь в раю.
Планирую на розовые облака, улыбаюсь, пока штуковина Адама не возвращает меня на грешную землю. Растягивая, медленно меня наполняет.
Открываю глаза и оказываюсь в зрительной ловушке. На жестком лице удовлетворение, словно это он, а не я только что испытал сильнейший оргазм.
Пусть ликует - заслужил.
И свой оргазм тоже заслужил. Поэтому, максимально расслабившись, позволяю ему войти до упора.
Мне не больно. Ощущения непривычные, но будоражащие и волнующие. Мне странно и, скорее, нравится, чем нет.
Литовский снова читает мои мысли и, качнув бёдрами, начинает двигаться.
Я льну к нему всем телом. Принимаю даже сознанием, искренне желая доставить удовольствие.
- Терпишь? - хрипит тихо.
- Мне не больно."
"Получив отмашку, тут же меняет темп, и я осознаю, каких усилий ему стоило сдерживать себя.
Подмяв меня под себя полностью, врезается быстро и жестко. С каждым его ударом из моего горла вырываются глухие вскрики. Кажется, я погорячилась, заявив, что мне не больно. Внизу саднит и тянет, но, смежив веки, я позволяю Адаму кончить.
Обнимаю и прижимаюсь щекой к щетине. Кончиками пальцев несмело по плечам веду.
- Там снова кровь, Яра, - проговаривает вдруг, - Я не хотел.
Глава 22
Ярослава
Откинувшись на спинку, складываю ноги на стоящий рядом стул. Смакуя шоколадную конфету во рту, попиваю фруктовый чай.
Помогает, когда психую.
- Ой, извините! - восклицает тихо новая горничная, занося в кухню ведро с водой, - Я не вовремя?
- Почему же? Очень вовремя. Я не помешаю!
От дефицита общения скоро выть на Луну стану. Ленька не берет трубки, но написал, что с ним всё в порядке. Оно и понятно - если телефоны прослушиваются, ни о каких созвонах больше речи не идет.
Иван, кажется, прячется от меня, а Литовский и вовсе исчез.
