держите!
Литовский подхватывает её на руки и смотрит на меня.
Улыбаюсь и валюсь на кушетку. Обессиленно прикрываю глаза.
- Хорошая девочка.... Крепкая, - приговаривает чей-то голос."
"Со мной и ребенком проводят еще какие-то манипуляции, а потом Адам склоняется надо мной с нашей крошкой в руках.
- Покажи мне её.
- Яра... бля.... Она прекрасна!
- Потому что на тебя похожа?
Не понятно, на кого она похожа, но я буквально чувствую исходящую от нее энергетику Лютых.
Лютая девочка моя дочка. Их порода.
- Спасибо, родная, - шепчет муж, целуя меня во влажный лоб - Спасибо, Яська!
- И тебе спасибо!..
Потом мне разрешают поспать несколько часов, а когда я просыпаюсь, вижу в палате сидящего на стуле Литовского. Рядом с ним спящая в прозрачной люльке малышка. При этом одна рука Адама лежит на бортике кювеза, словно охраняя его, а второй он держит телефон, в котором прямо сейчас что-то читает.
Я поднимаюсь на локтях, и он тут же вскидывает на меня взгляд.
- Ты почему здесь?
- А где мне быть?
- Я думала, ты домой поехал.
Он поднимает на ноги, придвигает стул к кровати и подкатывает люльку.
- Я дочь сторожил.
Сложив губки бантиком, наша малышка крепко спит.
- Дай ее мне, - прошу тихо.
Осторожно вынув, Литовский укладывает ее на мои руки.
- Почти четыре кило, Яра!..
- Говорю же, вся в тебя.
- Как ты смогла родить её?! Я, блядь, в шоке! - шепчет, ероша волосы на затылке.
Сама не знаю. Да и какая разница, если все закончилось благополучно? Склонившись над дочкой, осторожно прижимаюсь губами к нежной коже. Уже решили, что Танечкой назовем.
- Яська!... - подавшись вперед, упирается лбом в мой, - Я пиздец как люблю тебя! Хочешь Луну с неба достану и к твоим ногам положу?
- Зачем?
- Все, что захочешь, но больше никаких родов!
- Чего?! Почему?.
..
- Я не допущу, чтобы ты еще раз через это проходила.
- Все через это проходят, Адам! - смеюсь я, - И никто не умирает!...
- Ну, нахер!... Я сам пару раз чуть не отъехал. Больше никаких детей!
- Ладно. Обсудим это чуть позже.
Конец"
