Эти силиконовые куклы меня давно уже не интересуют! Не вызывают вот ровным счетом ничего! Кроме, разве что, сотрудничества по рабочим вопросам! Черт! Да даже Марат мне симпатичней, чем эти одинаковые во всех смыслах куклы! И даже Фил! Нажрался я за свою жизнь вот этого всего! Мне ты нужна! Только ты! Такая моя сладкая! Такая настоящая! Искренняя! Моя!
– Хорошо, Жень, – киваю, отбрасывая обиды и ревность. – Я верю тебе. Если надо, я потерплю.
– Я люблю тебя, сладкая, – его пальцы начинают выписывать узоры на моих губах.
Обжигающие узоры.
Скользят ниже. По шее. По забившейся дико венке.
– Люблю. Всегда помни об этом! Черт! Как же дождаться ночи!
Улыбаюсь.
Вот теперь верю каждому его слову!
Он же не может врать, правда?
Да ему и смысла нет.
Ради чего?
Чтобы затащить меня в постель? Так он уже меня затащил! Не только в тело. В самую душу пробрался!
Ради ребенка?
С возможностями Солодова он вполне может его у меня отобрать. Ничего я ему не смогу сделать!
Так что… Врать ему нет никакого смысла! Ведь правда же?
Это, наверное, наоборот.
Я должна бы к нему ластиться. Ради того, чтобы ребенка у меня не отобрал! И в благодарность за все. Что для нас с малышкой сделал!
– Вот и хорошо, – кивает, снова без труда прочитав все по моим глазам.
– А теперь и правда пора в дом. Все здесь рассмотрим завтра. Ужинать и спать!
* * *
Дом оказывается во много раз роскошнее, чем территория вокруг него.
Любуюсь роскошью.
Но больше всего мне нравится камин.
Настоящий. С ароматом свежего дерева.
С раскинутой перед ним на полу огромной пушистой шкурой.
Так и представляю себе, как мы сидим у этого камина вдвоем. Каким-нибудь морозным вечером или даже ночью. Пьем горячий глинтвейн и полностью отдаемся друг другу.
А прислуга…
Зачем нам такой огромный штат?
С готовкой я и сама справлюсь. Думаю, можно будет всех распустить. Клининговую компанию вызывать раз в неделю! Чтобы не прятаться. Наслаждаться друг другом!
Или я строю слишком далеко идущие планы?
Стол уже накрыт.
Как на свадьбу.
Ломится от всяких деликатесов.
– Сгущенку тебе специально заказал, – подмигивает Женя.
– И мандарины. И огурцы соленые. И печень трески.
Ох….
Я вдруг понимаю, что безумно хочу клубники!
Благо, вон она. В вазочке.
Хватаюсь за нее так, что руки трясутся."
"– Трудно будет подобрать меню, – Женя усмехается, а глаза его вспыхивают, когда он переводит взглядом на мои красные от сока губы.
– Валентина?
Его бровь ползет вверх.
