– Начинаем.
Воины, стоящие вокруг, расступились, освобождая проход. На их лицах сквозь суровое ожидание проглядывало любопытство. Что ж, неудивительно. Мало кто из современных людей умел пользоваться магией его уровня.
Он прошептал заклинание, открыл портал и шагнул в сверкающее марево.
Эгей встретил неласково – ветром, градом, черными тучами. В первый момент он задержал дыхание, привыкая к разгулу стихии, а потом распрямился, обвел взглядом волнующиеся барханы и улыбнулся. Буря, которую он так долго ждал, бушевала над бескрайними просторами, вызывая невольное восхищение.
Его всегда завораживали силы природы, и сейчас он невольно поддался очарованию смертоносного урагана. Бесчисленные смерчи гуляли по пустыне, скручиваясь в огромные воронки, тонны песка поднимались в небо и осыпались вниз, земля дрожала, отзываясь на безудержную мощь стихии, а он стоял, широко раскинув руки, и жадно впитывал живительную энергию.
Тысячи песчинок впивались в лицо, жалили кожу, забивались под одежду.
Небо исчезло, солнце скрылось, вой ветра отдавался в ушах назойливым стоном.
– Эрено. Стати. Гоби, – громко произнес он, закрываясь защитным магическим щитом, и добавил: – Саторо!
Заклинание поиска прокатилось по пустыне и двинулось дальше, охватывая все большее пространство. Города, деревни, поселения. Перед глазами проплывали обитаемые и необитаемые уголки Хроноса, мелькали люди, дома, деревья. Он видел лица, слышал голоса, срывал личины, но никак не мог обнаружить того, кого искал.
Темный маг затаился. Семиус знал, что его ищут, и испытывал удовольствие, играя с ними в прятки.
Он напряженно прислушался и решительно прекратил поиск. Бесполезно. Старик слишком хитер, им его не достать, если только…
Он коснулся сердца, нащупал невидимую нить и, прошептав: «Прости, Бекки», заблокировал араим.
Душу окатило холодом. Мертвенным, страшным, тем самым, что долгие годы мучил его в одинокой тишине склепа.
Он знал, что так и будет, но другого выхода не видел.
Бекки не должна чувствовать, что с ним происходит. Не должна догадаться.
– Артани! Слышишь меня? – выкрикнул он, и ветер разнес его голос далеко по пустыне. – Я вызываю тебя на Поединок Правды! Во имя Единого и всех богов подлунного мира!
После этих слов все вокруг стихло. Даже буря успокоилась. Тишина была настороженной, опасной, живой. Казалось, пустыня прислушивается к происходящему и ждет. Ждет неизбежных всплесков силы, крови и… смерти.
