– Получается, в свое время Тиан не справился. А как же сейчас? Ему по-прежнему грозит опасность?
– Да. Но теперь у него есть то, что удержит его душу от гибели. Это любовь сата. Твоя любовь, Бекки.
Анна замолчала.
– И сейчас он должен уничтожить Артани, – тихо сказала я, – или погибнуть сам.
– Догадалась? – грустно усмехнулась Энн.
– Я только не понимаю, почему именно Тиан? Неужели больше некому?
– Пришел его черед доказать свою любовь к Сартане, – тихо ответила Анна. – В жизни каждого Истинного обязательно наступает момент, когда приходится выбирать между долгом и собственной жизнью.
Я вздрогнула. Слова Анны прозвучали для меня страшным приговором.
– Так, как выбирал Артур?
– Да. Ты должна верить в своего мужа, Бекки, – твердо сказала императрица. – Тиан – один из самых сильных магов мира, он обязательно справится.
Она ободряюще сжала мою ладонь и спросила:
– Как ты себя чувствуешь? Голова больше не болит?
– Нет, все в порядке, – я поняла, что Энн хочет отвлечь меня от мыслей о муже."
"Что ж, я не стала ей препятствовать.
Я чувствовала, что о Тиане Анна ничего больше не скажет.
– Вот и хорошо. Значит, все самое сложное уже позади.
Мы еще долго разговаривали обо всем на свете – о прошлом, о моей беременности, о детях и об особенностях маленьких ледяных. А потом Анна помогла мне дойти до дома, и мы провели вечер за игрой в гоби.
И лишь ночью, лежа без сна, я поняла, что рядом с Энн забыла обо всех своих волнениях и страхах. Одним своим присутствием она отогнала тоску и тяжелые мысли, но сейчас те вернулись, и мне снова стало страшно.
Где ты, Тиан? Почему я почти не ощущаю протянувшуюся между нами нить? И почему мне так тяжело дышать?
Себастиан Кимли
– Все готовы?
Артур посмотрел на людей Ричарда и Феради, увидел молчаливые кивки и повернулся к нему.
– Постарайся продержаться полчаса, Тиан. Думаю, этого времени нам хватит, – сказал брат. – И еще, – во взгляде Арта появилось предостережение. – Не пытайся сам уничтожить Артани, Тиан, дождись Дика.
Брат коротко обнял его и тут же отпустил.
В синих глазах мелькнуло былое серебро.
– Не переживай, напрасно рисковать я не буду, – кивнул он.
Еще бы! Его жизнь больше не принадлежала ему одному, а обрекать на одинокое существование жену он не собирался. При мысли о Бекки внутри стало тепло. Он никак не мог привыкнуть к тому новому, что вошло в его жизнь, и каждый раз испытывал удивление, обнаруживая в своей холодной прежде душе живые, настоящие чувства.
– Ну все, – распорядился Артур.
