Потом мне пришлось угнать мамину машину, пока она была на работе, потому что у меня не было своей. Прежде чем спросить, почему она просто не позвонила моей маме, Эви сказала, что это потому, что они с подругой не хотели нарываться на неприятности. Моей маме пришлось бы рассказать родителям Тэмми о том, что они тайком сбежали и попали на вечеринку в колледже. Я узнала, что Эви заинтересовалась одним из парней на вечеринке, только после того, как забрала ее. По сути, он заманил ее туда. Не знаю, знал ли он, что собирается сделать его старший брат, но этот уебок принудил ее.
Она смущалась и не хотела, чтобы кто-то знал, но стоило мне посмотреть на нее, как я сразу все поняла. Что-то было не так. Когда она рассказала мне, перед глазами все стало красным, и я перестала контролировать себя. Я вернулась на вечеринку и набросилась на его машину с монтировкой.
Грейсон ухмыльнулся, склонив голову набок.
— И это все, что ты разрушила?
— Нет. Он вышел из дома, был пьян и бросился на меня. Я нанесла ему пару хороших ударов, но моя ошибка была в том, что я его не убила.
Это был загородный участок, далеко от города. Он догнал нас на полпути обратно и протаранил заднюю часть машины. — Я сделала глубокий вдох, заставляя себя продолжить. — Машина мамы не могла тягаться с его грузовиком. Я пыталась. Действительно пыталась. Машина ехала на пределе. Он снова врезался в нас, и… Я до сих пор слышу звон металла и крики, как будто я все еще в той машине. Она переворачивается в моей голове до сих пор.
Когда я пришла в себя, черт… монтировка проткнула грудь моей сестры, а ее подруга вылетела через лобовое стекло.
Мое тело начало дрожать, и Грейсон осторожно провел рукой по моим волосам, поцеловав в лоб.
— Мне пришлось сидеть и смотреть на сестру, на то, что я натворила, до тех пор, пока пожарные не приехали и не вытащили нас из машины. Не могла оторвать взгляд от ее безжизненного тела. Она была единственным светлым пятном в моей жизни. Мы постоянно ссорились, но она была моей поддержкой, моей опорой.
А я убила ее. Убила свою младшую сестру, и никогда не смогу это исправить. Никогда не смогу ее вернуть. Я бы отдала свою жизнь за нее. Я умоляла Бога забрать меня, но никто не слушал.
Он поцеловал мои дрожащие губы.
— Теперь я с тобой, куколка. Выпусти все наружу.
Даже зная, что не следует этого делать, я прижалась к Грейсону и зарыдала. Боль, которую я так долго подавляла, поглотила меня, и мое тело содрогалось от рыданий.
