Нужно было убедить ее, что ее вины в том, что он развеется, нет, что это его решение — но ему не хотелось нарушать ее умиротворение. И он дал себе еще несколько минут сделать вид, что все хорошо.
Когда он вернулся, принцесса сидела на большом, омываемом золотистыми потоками, валуне у берега, уже одевшись какую-то пеструю рубаху, обхватив голые колени руками и глядя на противоположный берег. Помахала ему тряпьем и преувеличенно бодро крикнула:
— Я взяла вашу одежду и полотенце в заложники, профессор!
Тротт подошел, выдержав взгляд, которым она окинула его сверху вниз — любопытный, чуть смущенный.
Она коснулась полотном, заменяющим полотенце, его плеча, груди, промокая капли — и он взял его, обтерся. Натянул штаны, надел рубаху, разрезав на спине под крылья. Алина уже не смотрела на него — она глядела на портал и на огни вражеского лагеря, просвечивающего сквозь папоротники с той стороны.
— Странно смотреть и понимать, что в любой момент оттуда могут выйти Александр Данилович и другие маги, — проговорила она.
— И нужно же написать об этом где-то… вдруг они вчера не услышали, что мы уже около портала?
— Не нужно писать, — сказал он тихо. Встретил ее непонимающий взгляд. — Мы вчера привлекли слишком много внимания. Теперь равнина наверняка под постоянным присмотром теней и их хозяев.
В ее глазах появилось осознание.
— У нас есть защита, — прошептала она, — и Жрец попробует нас перенести к порталу. У нас будет возможность пробиться под его защитой. А у них нет.
Тротт кивнул.
— Если они выйдут сюда, их уничтожат либо тени, либо сами боги за несколько мгновений. Мы не будем ждать, пока они пробьются сюда и дадут сигнал. Как только Четери проснется, будем прорываться. Судя по его ритмам, ему нужно еще часа два — три. Придется выступать после рассвета.
Принцесса на секунду уронила лицо в руки. Но снова подняла голову. Глаза ее лихорадочно блестели.
— Значит… вот-вот?
— Да, Алина.
Слова все не находились, и он просто смотрел на нее.
Она помолчала, разглядывая противоположный берег и портал.
"
"— Я ведь потеряла нож. Не смогла вытащить его из… из…
— Я отдам вам свой, — пообещал Тротт и погладил ее по плечу. — Вдобавок у вас есть огнестрел.
— Да. И я научилась ставить щит.
— Я видел. Вы молодец. Не бойтесь. Вы сегодня уже будете среди родных.
— А вы? — горько спросила она, поднимая на него глаза.
Сердце его кольнуло холодом.
— А я буду счастлив, если это получится у вас, принцесса. Там остались мои друзья.
