— Гурджи? И ты, Карр? — хрипло сказал Тарен. — Ффлевддур? Что с тобой случилось? От тебя осталась половина!
— Не тебе говорить о внешнем виде, старина, — усмехнулся бард. — Если бы ты мог видеть себя сейчас, уверен, ты не стал бы спорить со мной, кто из нас лучше выглядит."
"Все еще не совсем пришедший в себя, Тарен обернулся к Гурджи, который радостно подпрыгнул и забил в ладоши.
— Добрый хозяин опять здоров! — закричал Гурджи. — С ним все в порядке! Нет ни стоналок, ни дрожалок, ни плясучих трясучек! И это верный, умный Гурджи, тот, кто заботился о нем!
— Это правда, — согласился Ффлевддур, — последние две недели он суетился и квохтал над тобой, как наседка, и заботился так, будто ты один из его любимых ягнят.
Гурджи радостно и гордо заулыбался.
— Из Каер Даллбен я летел стрелой, — продолжал бард, — э-э-э… ладно, почти как стрела. Правда, я немного заблудился, а затем повалил снег. Ллиан проваливалась в сугробы по самые уши, и, в конце концов, даже она вынуждена была остановиться. Некоторое время мы укрывались в пещере… Клянусь Великим Белином, я думал, что уже никогда не увижу солнечного света! — Ффлевддур потряс своим обтрепанным, в дырах и пятнах грязи, плащом.
— В таком путешествии нетрудно и обноситься. Не говоря уж о том, что три четверти пути я не имел и крохи во рту. Просто умирал с голоду. К счастью, Карр нашла нас и повела кратчайшей дорогой.
Тут и Карр довольно пощелкала клювом.
— Что касается Даллбена, — не умолкал Ффлевддур, — то он был расстроен намного сильнее, чем хотел показать.
Однако он сказал мне на прощание: «Тарен не сын пастуха, но останется он там или нет, решать ему».
Тарен улыбнулся.
— И вот я поспешил вернуться, как мог, — заключил свой рассказ Ффлевддур. — Увы, быстрее добраться до тебя я не сумел. — Он покачал головой. — Гурджи рассказал, что с вами случилось.
— Краддок мечтал о сыне, — медленно заговорил Тарен, — как и я мечтал об отце. Может быть, я был бы счастливее, если бы поверил ему, кто знает? Ни я, ни Гурджи не в силах были помочь ему.
Ради Краддока я подал сигнал из рога Эйлонви. Если бы я сделал это чуть раньше, возможно, он бы и не погиб. Это был мужественный и гордый человек с добрым сердцем. Теперь он умер. Я долго берег последний зов моего боевого рога, и вот, когда потратил его, то, оказалось, потратил впустую.
— Впустую? — возразил Ффлевддур. — Я так не думаю. Ты сделал всё что мог, ты не пожалел использовать последнюю возможность спасти Краддока, а значит, старался не впустую.
