Оглядев пастбище, он довольно восклицает:
— О! Вот это я понимаю — новое пастбище! И никто не пасёт?
— Сто золотых, — говорю, не вставая. — Предложение дня.
Офицер моргает.
— Какие, нахрен, сто золотых⁈ Ты что, охренел? Я — генерал вообще-то!
— А я — король. И?
Он давится воздухом, мохнатое лицо идёт волнами:
— Какой ещё, к мракобесу, король⁈
— Сейчас по морде получишь — сразу узнаешь, как к монархам обращаться, — лениво тяну я, рассматривая его сапоги. У них, кстати, грязь на швах. Шито на сдачу.
— Генерал… — один из его бойцов перешёптывается, но тот не слушает.
Прищуривается на меня:
— Как тебя зовут, умник?
Я потягиваюсь, разминая затёкшие плечи:
— Вещий-Филинов.
Генерал замирает, словно ему в ухо крикнули.
— Филинов? Тот самый?.. Так это на тебя Гагер зуб точит?
— Уже не точит, — пожимаю плечами. — Гагера скоро казнят.
— Что ты несёшь! — генерал хмурится, и по его лицу видно: сейчас будет глупость."
"— А ты, видимо, Гризл? — спрашиваю уже почти весело. Ну а кто ж ещё, раз чувак знает Гагера? Я же говорил, что генерал сам ко мне придёт.
Он выдыхает резко — и орёт:
— Схватить его!
Трое солдат спрыгивают с шестилапок, как пружины.
Как хорошо, что я не «выключил» друида. Как раз сейчас пригодится. Мог бы обойтись и телепатией, но ведь обещал Змейке дать развлечься.
Из-под ног солдат вырываются корни. Они хватают троицу за лодыжки и прибивают к земле.
И в этот же момент — псшшш! — силуэт Змейки молниеносно размазывается в воздухе. Медные когти вспыхивают в лучах утреннего солнца.
Мгновение — и от солдат остаётся только фарш.
Я поворачиваюсь к генералу. Тот за секунду уже заковался в блестящий металлический доспех, глухое забрало закрывает мохнатую морду лица. Он хотел было ускакать, но щиты у шестилапки — ни к чёрту. Легко взламываю, и животное скидывает «железного дровосека».
— Давай поговорим, генерал, — говорю. — Есть тема.
Не дожидаясь ответа, кастую из своей энергии каменные плиты и выстраиваю небольшой закуток — грубые стены, примитивная крыша, две массивные скамейки из неотёсанных глыб.
Уютный уголок для максимально неудобных разговоров.
— Прошу, — киваю в сторону домика.
Генерал, поднимаясь, таращится на меня:
— Ты… менталист же! Я точно знаю! Гагер рассказывал! Так откуда корни и камни⁈
— Я разносторонний менталист, — отвечаю без тени улыбки. — Да и не менталист вовсе, а телепат. Пошли, Гризл. Не заставляй короля повторяться.
Гризл всё-таки входит в закуток, хотя на скамейку не садится.
