Варенька разрыдалась, каменная маска Стрельцова на мгновение треснула, явив растерянность.
— Да, Варенька позволила себе лишнего, забыв, что разговаривает не просто с товарищем по детским шалостям, а со старшим мужчиной, который отвечает за ее поведение. Если она была чем-то недовольна, следовало высказать это наедине. Но ты, граф, вел себя как уязвленный мальчишка, а не как старший и разумный родственник. А Глаше и вовсе ни за что досталось. На меня разозлился — мне бы и выговаривал.
На лице Стрельцова заиграли желваки.
Я ожидала взрыва, но он медленно выдохнул.
— Вы правы, Марья Алексеевна.
Он шагнул ко мне так стремительно, что я шарахнулась, но Стрельцова интересовала не я. Он притянул к себе кузину. Та уткнулась носом в его мундир и зарыдала еще горестнее. Поглаживая Вареньку по волосам, он поднял голову и посмотрел мне в глаза.
— Я не должен был говорить того, что сказал. — Он произнес это так тихо, что я едва расслышала.
Я моргнула, изо всех сил стараясь не разреветься.
Очень хотелось спросить — не должен был говорить или не должен был думать? От соблазна меня спас стук копыт из-за окна. Я выглянула, радуясь, что можно отвернуться. Из коляски вылезал коренастый крепкий мужик. Точнее, купец, судя по сапогам и расшитому жилету."
"Как будто мало мне было сегодня гостей!
— Это еще кто такой?
Генеральша заглянула мне через плечо.
— Медведев.
— Как не вовремя! — вырвалось у меня.
Хотя, если подумать, — очень вовремя. Вздохнув, я обернулась к Стрельцову.
— Я просила Северских рассказать ему про меня. Так что придется принять. Прошу прощения, Кирилл Аркадьевич. Начинайте без меня.
— Что начинать? — полюбопытствовала Варенька, выворачиваясь из объятий кузена.
— Варвара! — возмутился Стрельцов.
Она состроила умильную физиономию, глядя на меня. Я со смехом покачала головой.
— Можете не торопиться, Глафира Андреевна, солнце еще высоко.
Я не стала спорить. Варенька шмыгнула носом и вцепилась мне в рукав.
— Глаша, можно с тобой? Если ты не собираешься обсуждать что-то секретное, конечно.
Я буду молчать и слушать, честно-честно!
Я вздохнула. В чем-то Стрельцова можно понять. Немного.
— Я собираюсь обсуждать товары и цены. Вряд ли это будет тебе интересно.
— Интересно. Я хочу научиться. Мне же придется вести хозяйство, а где этому учиться? — Она выразительно глянула на кузена. — Папенька говорит: не твоего ума дело, маменька: не мешай.
— Ладно, — сдалась я. — Молчать и слушать.
