Но этих денег не хватит, чтобы жить с желанной Ольгой здесь. В городе, который она так обожала. Ее собственное приданое было значительным, потому как после убийства ее отца, все его имущество ушло в фонд единственной дочери. Третья часть всех денег Юсуповых была активом Ольги. По брачному договору Михаил не отдал бы больше десятой доли от причитающегося супругу падчерицы. И даже на эту долю любой аристократ был бы счастлив претендовать.
Сам Сергей рассчитывал на иной расклад. Он собирался сбыть пустую Кристину в монастырь, обязав принять постриг, а имущество не делить, оставив все себе.
Не зря он подсыпал блондинке зелья из лавки Муэрте. Они и впрямь помогали сдерживать раскрытие сил, и даже князь стал сомневаться в том, что из Кристины будет толк.
Но тут появился выскочка Карамазов. Сила младшей Юсуповой открылась, не без участия этого выродка! А Ольга вместо того, чтобы хранить себя для единственного… От ярости перед глазами княжича встала пелена.
— Почему? — глядя в потолок зарычал Юсупов. — Почему все достается Карамазову?
— Это можно легко исправить, — послышался от террасы мягкий голос.
Сергей обернулся. У распахнутых дверей стоял незнакомец, лицо которого скрывала красная маска.
— Как вы сюда попали? — удивленно начал парень, но незнакомец его перебил:
— Это неважно. Я пришел с миром, Сергей Михайлович, — подходя к Юсупову, вкрадчиво произнес собеседник. — У нас есть общий враг. И я думаю, мы можем помочь друг другу. Вы же хотите отомстить Карамазову? Вернуть все, что он у вас отнял?
— Хочу! — поспешно ответил Юсупов, и в его зрачках начали разгораться огоньки ненависти.
Хранитель довольно усмехнулся. И в его глазах замерцало багровое пламя.
Глава 17. Домой
— Твой меч… что он может? — полюбопытствовал я, чтобы отвлечься от тяжелых раздумий, когда машина выехала с территории парка.
Иван хитро покосился на меня и бросил беспечно:
— Обычная заговоренная железка. Что-то вроде талисмана.
— Я видел руны на лезвии…
— Клинок защищает хозяина от способностей одержимых.
— Выходит, магия демонов на тебя не действует?
— Влияние есть — с неохотой ответил Иван.
— Просто слабее. Мне проще сопротивляться их зову.
— Но… это не объект?
Дружинник покачал головой:
— Артефакты, ну или объекты — это вещи, которые были созданы святыми страдальцами. Или одержимыми. Мой же клинок ковал обычный человек. Просто его сделали заговоренным.
Я замолчал. Иванушка уставился в окно.
В кармане послышалась мелодия телефона. И вытащил аппарат:
— Мастер Карамазов.
