Если я не путаю.
— Может, уточним?
— Не нужно. Да, Леван Солагашвили. Я же говорил вам, что у него сложная фамилия."
"— Настолько сложная, что вы не могли вспомнить человека, который так настойчиво хотел с вами работать? Из-за него вы спорили с Милой всю дорогу, а ваш бывший шеф давал вам указания насчет сотрудничества с ним?..
— Я просто не пытался запомнить его фамилию, — выдавил из себя Дима. — Алексей Владиленович приказал мне не иметь с ним дела, вот я и выбросил ее из головы.
Дронго решил, что все это они обязательно проверят.
— Вы можете вспомнить, что произошло в день убийства по минутам? — спросил он. — Вы приехали в дом и сразу прошли в гостиную?
— Да, конечно. Мы сразу прошли туда и пытались закончить наш спор, пока не появился Алексей Владиленович, — с явным облегчением произнес Дима.
Он был, очевидно, рад тому факту, что разговор переключился на другую тему.
— Алексей Владиленович не любил, когда к нему в кабинет кто-то заходил без разрешения. Теперь я понимаю, почему так было.
Он держал свой пистолет именно там, в сейфе.
— Вы и Мила никуда не отлучались?
— Нет. Мы говорили несколько минут, а потом услышали выстрел.
— Один выстрел?
— Два. Хотя второй был не такой громкий. Следователь уверял нас, что было именно два выстрела.
— Значит, вы никуда не отлучались? — снова уточнил Дронго.
— Нет. Хотя когда вошли в дом, Мила заходила в туалет. Пока я разбирал бумаги, которые мы привезли. Потом она опять напомнила о своем друге. Здесь я не выдержал, сказал ей все, что думаю об этом, сообщил, что Алексей Владиленович категорически против.
— Как она восприняла это сообщение?
— Нормально. Кажется, Мила уже догадывалась, что Монахов не очень хочет иметь дело с этим Солагашвили.
— Она долго отсутствовала?
— Минуту или немного больше. Я не засекал времени.
— Мила могла пройти в кабинет так, чтобы никто ее не заметил?
— Туалет находится в коридоре. Но я не думаю… Вы считаете, что она застрелила Монахова? Нет, это невозможно. Мила никогда не стала бы этого делать.
Она потеряла гораздо больше. У нас она получала такую зарплату, которую ей нигде не дадут. Особенно сейчас, в период кризиса.
— Убедительно, — сказал Дронго. — Значит, она отлучалась. А вы сами никуда не выходили?
— Конечно, нет.
— Вы разговаривали с Монаховым, после того как появились в загородном доме?
— Нет. Мы пробыли там минут восемь или десять, когда услышали выстрел.
— А до этого когда говорили?
— В десять часов утра.
