Из-за Гаррета раздается сдавленный кашель.
– Как стриптизерше? – эхом повторяет Элли, входя в комнату.
– Не обращай внимания, – говорю я ей. – Он шовинист.
– Нет, я мужчина, – поправляет Гаррет и включает свою фирменную улыбку. – Я хочу, чтобы была видна ложбинка.
– Мне нравится свитер, – протестую я.
Гаррет поворачивается к Элли.
– Привет, я Гаррет. А тебя как зовут?
– Элли. Соседка Ханны и ее ЛП[32].
– Класс. А ты можешь разъяснить своей соседке и ЛП, что так она похожа на неудачника из парусного шоу.
Элли смеется, а потом, к моему ужасу – «Бенедикт Арнольд!» – соглашается с ним.
– Ничего не случится, если ты наденешь что-нибудь более обтягивающее, – тактично говорит она.
Я хмуро смотрю на нее.
Гаррет так и сияет.
– Видишь? Мы едины в своем мнении. В общем, Уэллси, либо ты переодеваешься, либо остаешься дома.
Элли переводит взгляд с меня на Гаррета, и я понимаю, о чем она думает. Только она ошибается. Между нами ничего нет, и мы не собираемся на свидание. Однако я считаю, что пусть уж лучше она думает то, что думает, чем узнает, что я иду с Гарретом, чтобы произвести впечатление на кое-кого другого.
Гаррет подходит к моей гардеробной так, будто он у себя дома. Когда он заглядывает внутрь, Элли лукаво улыбается мне. Кажется, она от души веселится.
Гаррет передвигает «плечики», изучая мою одежду, затем снимает черный топ.
– Как тебе вот это?
– Ни за что. Он прозрачный.
– Тогда как он у тебя оказался?
Хороший вопрос.
Гаррет показывает мне другой вариант, на этот раз красный пуловер с низким V-образным вырезом.
– Вот этот, – говорит он, кивая. – В красном ты выглядишь шикарно.
У Элли брови ударились о потолок, и я мысленно костерю Гаррета за то, что он вбивает ей в голову всю эту ненужную информацию. Одновременно у меня в душе поднимается ликование, потому что… он считает, что в красном я выгляжу шикарно. Значит, он замечал, как я одеваюсь!
Гаррет бросает мне пуловер.
– Давай переодевайся. Если мы хотим опоздать, то делать это нужно изящно, а не по-идиотски.
Элли хихикает.
Я сердито смотрю на обоих.
– Можно попросить вас выйти?
То ли они не замечают моего раздражения, то ли намеренно игнорируют его, но я слышу, как они мило болтают в гостиной. Подозреваю, Элли допрашивает его насчет нашего «свидания». Надеюсь, Гаррет будет придерживаться легенды. Когда его хриплый смех долетает до моей комнаты, непроизвольная дрожь пробегает вверх по позвоночнику.
Да что это случилось со мной? Я забываю, чего я хочу. Нет, кого я хочу.
