Моя родная Земля… Моя бедная, моя гордая, моя несчастная, моя все могущая выстоять и вынести Российская Земля, без которой я никогда и нигде не смогла бы быть счастливой…
В военной комендатуре Бреста, куда мы с Сашей прибыли последними, в жарко натопленной комнате с портретами Ленина и Сталина, Маркса и Энгельса на стенах я увидела трех молодых женщин с детьми, расположившихся прямо на полу возле круглой, с обтертыми, рифлеными боками печки. Детишки спали. Из-под клетчатого, свалявшегося шерстяного одеяла торчали их разлохматившиеся головенки.
Мамы тоже пристроились рядом. Две из них спали, а одна, в низко повязанном на лоб платке, с молчаливой заинтересованностью следила за происходящим в помещении круглыми, похожими на вишни, темными глазами.
Мама, Катерина и Руфа стояли возле двери перед двумя молодыми пограничниками в фуражках с зелеными околышками. Мама с красными пятнами на щеках, с выбившейся из-под платка на лоб прядью волос, горячо доказывала:"
"– Почему нельзя? Ну, зачем нам обязательно в какой-то лагерь? Мы доехали бы спокойно с этими добрыми ребятами на их машинах туда, куда им надо, а там уж сами до своих мест добрались бы.
Поймите же, нам надо быстрей домой! Сейчас дорог каждый день.
– Поймите и вы нас, мамаша, – нехотя, с характерным кавказским акцентом отговаривался один из пограничников – симпатичный, с черными усиками на смуглом лице лейтенант, с неподвижно опущенной вдоль туловища левой рукой в черной перчатке. – У нас нет такого права – перевозить на военных машинах гражданских лиц, тем более без каких-либо документов.
Вам всем обязательно надо пойти в специальный лагерь для репатриантов, где вам выдадут удостоверяющие ваши личности документы… Я думаю, там недолго задержат. Обычные формальности. Поймите, что без этих бумаг вы просто не сможете уехать. Вас без разговоров высадят из поезда… А это еще кто? – лейтенант удивленно уставился на меня, застывшую у порога.
– Так дочка же моя… Вторая. Я же вам о ней уже говорила. Вернее, это – моя настоящая дочка… О-о, товарищ командир, – взвилась опять мама.
– Если бы вы знали, как нам надо побыстрей в Россию!
– Успокойтесь, мамаша, – вы уже в России, – усмехнулся смуглый пограничник. – Теперь Германия позади, и все ваши беды тоже, можно сказать, позади. Вот получите документы – пожалуйста, отправляйтесь по домам. Никто вас здесь больше не задержит… А лагеря вам так и так не миновать. Сейчас переночуете здесь, а завтра с утра наш человек отведет вас.
