– Ты испугалась?
Он сжал мои запястья руками, потянул на себя.
– Оля… – выдохнул, вновь падая на спину и устраивая меня сверху. – Ты за меня испугалась?
Мне хотелось соврать. Сказать – нет, а потом сделать вид, что ничего не случилось, но я просто молчала, поджав губы.
– Прости… прости… Я не могу без тебя, – перемежая слова короткими поцелуями, покрывающими мое лицо и шею, бормотал Ланской. – С ума схожу каждый день… Так хочу тебя вернуть… Так виноват перед тобой. Моя родная, самая нежная, самая нужная…
И я сдалась.
Ответила на эти поцелуи. Обвила шею мужа руками, прильнула к нему. Нас охватила страсть, та, которой мы не чувствовали ни разу в жизни. Ни я, ни Глеб – я знала это. А после были лишь сладостные стоны, бессвязные слова и уверенность, поделенная на двоих. Так, как раньше – уже не будет. Мы научились ценить и беречь то, что имели. Что же нас ждет впереди, знает только время.
А через девять месяцев в семье Ланских было уже два мальчика.
Эпилог
Я снова набрала.
После рождения Роберта держала фигуру в норме, а тут… Раздосадованно простонав, я сошла с напольных весов и вновь на них встала. Может, батарейка садится? Или я съела вчера слишком много соленой рыбы, от вида которой едва не захлебнулась слюной, стоило только Глебу принести покупки? И которую уминала так, словно не ела до этого неделю.
Нет. Сразу плюс четыре килограмма от несчастного терпуга горячего копчения прилипнуть точно не могло.
Не то чтобы я взвешивалась по три раза на дню, но… Но ведь еще месяц назад с весом было все в порядке.
– Оленька, ты слышишь? – донесся до меня голос мужа, и я зло запихнула весы под навесную тумбу и поклялась себе в ближайшее время заклеить рот пластырем.
– Слышу, – откликнулась и вышла из ванной. – Что опять?
Меня все раздражало. Даже то, что мы подзадержались на отдыхе, как, собственно, и договаривались с Ланским, а теперь мне отчаянно хотелось домой.
– Я думаю, может, послезавтра уедем? – спросил Глеб.
Он что – мысли читает?
– Куда? – хмуро спросила я. И не успел Ланской ответить, добавила: – Тео и Роберту надо быть чаще на море и на природе в целом. Ты забыл, как убеждал меня в этом?
– По-моему, мы вдвоем пришли к такому мнению, – улыбнулся Глеб и я поймала себя на том, что раздражение достигло апогея.
Меня все бесило. Даже то, с каким пониманием сейчас смотрел на меня Ланской, как будто знал что-то, чего не знала я.
