— Занявшись тем же самым? — я была немного разочарована, признаюсь. Ожидала от принца плана получше. — Вы не забыли, что я уже помолвлена?
Филипп усмехнулся.
— Именно поэтому я и предлагаю вам союз. Ваш жених, — он вздохнул, — в обществе все еще считается сподвижником кронпринца, а поскольку вы его невеста, то и Винтеры и связанный с ними лорд Брук косвенно поддерживают Гидеона, чему активно способствуют распускаемые императрицей слухи.
— Но мы не появляемся в столице! Винтеры никогда не обозначали свою позицию! Это все полный бред!
Филипп вздохнул и чинно сложив тканевую салфетку на коленях, продолжил:
— Не важно, что является правдой.
Имеет значение только то, во что верит большинство.
Прикусила губу. Это так. Человека судит другой человек. Я могу кричать о том, что это ложь, но до тех пор, пока она будет удобна другим, они не отступятся от своих убеждений.
Но решение принца мне не нравилось. И это было написано на моем лице четко.
— Отчего же вы так надулись, леди? Неужто я вам противен? Я могу быть лучшим женихом, нежели Джеймс.
В отличии от него, я вас не бросил. И даже поддерживаю ваши начинания, даю вам достаточно свободы в принятии решений. Это выгодная сделка, миледи.
Выгодная сделка…
— Вы станете императрицей. Мне нужен человек, который сможет противостоять интригам двора и усмирить аристократию. Вы родом из провинции, ваша семья не обладает политическим влиянием, этими качествами вы соответствуете спутнице, которую я ищу.
Этим он и Гидеон, находящийся в поисках выгодной партии, способной поддержать его претензии на престол, противоположны.
Филипп ищет способную, но не обладающую влиянием, ту, которая не сможет ему перечить и действовать в собственных интересах.
Равнодушный голос принца не отличался от того, как он обычно разговаривает о делах. Я молчала. Этот расчет еще холоднее чем тот, по причине которого были обручены мы с Джеймсом.
Я не могла быть уверена, что если вдруг ситуация изменится, принц Филипп с теми же трезвыми заключениями разума не избавится от меня.
Когда твое сердце свободно — незаменимых нет.
Филипп продолжал говорить еще, но я уже приняла решение.
— Нет, — перебила бастарда. — Я не выйду за вас и не стану императрицей.
В пустой зал ресторации вошел официант с подносом и говорить при нем принц не спешил. Нам накрывали на стол, но его высочество следил не за движениями обслуги, а испытывающе глядел мне в глаза. Этот взгляд я выдержала.
