Учитывая ситуацию в городе, стал осторожнее, о чем ранее и не задумывался. Опасался ее лишний раз где-то «засветить» или подставить. Конечно, надеялся, что за его жизнью не так пристально наблюдали, чтоб все нюансы отлавливать. Но все-таки, не хотелось лишний раз рисковать.
Вытащил пушку и…
Ничего не успел. Как придурок, застыл с пистолетом в руках посреди кабинета, действительно растерявшись, когда Таня появилась в дверях нежданно-негаданно:
— Привет! Ты раньше, чем думал? И у меня сегодня отгул неожиданный, — еще из коридора, кажется, начала она, весело делиться с ним новостями.
— Около клиники, в микрорайоне, какая-то авария на распределительной подстанции, электричества нет и не будет до завтра. Мы все операции перенесли. И я решила — что мне сидеть без толку? Дежурные есть, а экстренные случаи все равно не взять, пусть в другие районы отправляют. — Таня зашла в кабинет, держа в руке стакан с соком, и направилась к нему.
Такая домашняя уже, переоделась в хлопковую майку, достающую ей до бедер.
Из-за жары, видимо, поленилась еще что-то одевать. И щеголяла сейчас перед ним своими обалденными бедрами, соблазняла контурами груди без бюста под тканью.
А Виталий все еще стоял, как последний дебил, держа пистолет в руках.
— Я тебя уже не дергала, помнила про важную встречу, сама водителя набрала…
И вот тут она, наконец, увидела оружие.
Замерла, не дойдя до него два шага. Лицом побелела, уставившись на пистолет, как на бомбу, ей-Богу, которая, к тому же, вот-вот взорваться уже должна.
И так и не договорила, что собиралась.
Казак тоже молчал, пока не уверенный в том, как она отреагирует и что стоит сказать. И напряжение от того, что так все сложилось, и, в тоже время, такое тепло внутри от того, что дома уже, рядом с ним!
И все же, ситуация, как он понимал, не располагала сейчас к сантиментам. Видит Бог, несмотря на все свои чувства к ней, и потребность в Тане, он до сих пор не смог бы прогнозировать, что именно она способна отчебучить, и к каким выводам может прийти. Однако, решил не пускать ситуацию на самотек.
— Хорошо, что ты дома уже, Танюша, — выдвинул ящик стола и спрятал пистолет. — А я — как раз собирался за тобой ехать. Соскучился — просто жуть, как.
Говорил спокойно и легко, словно бы не видел, что она все еще в ступоре и пялится на стол. И руки у нее дрожать начали. Да так, что сок расплескался на пальцы, на пол.
Виталий быстро подошел и забрал стакан. А она и не заметила даже, кажется. Только перевела на него взгляд.
