– пойдем, малышка, тебе надо поспать.
- Нет, я не хочу спать…
- А что ты хочешь, сладкая?
Неожиданно она прижимается ко мне сильнее, ее губы буквально в миллиметре от моих.
- Хочу, чтобы все было по-настоящему. С тобой, Сэм… пожалуйста…
- Малышка…
Я снова целую ее, а потом чувствую, что руки Дина тоже оказываются на ее теле, он поворачивает к себе ее голову.
- Девочка моя… моя родная… я…
- Дин…- она гладит его по щеке и… тоже целует!
Что это значит? Что?
Я чувствую запах алкоголя, понимаю, что крошка просто может быть не в себе, но…
- Пойдем, сладкая, пойдем в спальню.
Подвал это не то место, где стоит любить нашу малышку. Она достойна большего.
Я знаю, что больше всего для этого подходит как раз моя спальня.
Большая кровать. Белоснежные, чистые простыни, удобный матрас и мягкие подушки.
Опускаю на них Лану, подкладывая одну под бедра.
- Мне опять будет больно?
- Если только совсем чуть-чуть, милая, я постараюсь.
- Не бойся, детка, Сэм сделает все как надо.
Опускаю взгляд на влажные розовые складочки.
Провожу по ним пальцем, вызывая дрожь. А потом… прижимаюсь губами, тщательно вылизывая сочную сладость.
Я должен подготовить ее, сделать так, чтобы она расслабилась, чтобы она раскрылась для меня, для нас.
Вижу, как Дин ласкает ее шею, грудь, поигрывая сосками, целует.
И я целую, целую самые сладкие губки в мире. Потираю пальцем клитор, дразню, потом вставляю в дырочку палец, начиная аккуратно потрахивать. К первому пальцу присоединяется второй.
Лана напрягается, потом начинает дрожать в предоргазменных судорогах. Наконец, она кончает с таким нежным стоном, что у меня башню сносит!
Чувствую, что она готова, готова к самому главному.
Мой член ноет, стоит так, что мне больно, чуть подрачиваю, приставляя головку к входу. Встречаюсь глазами сначала с Дином, потом с малышкой. И начинаю медленно входить, растягивая ее.
- Сэм…
- Тише, сладкая… все будет хорошо… я… я люблю тебя, детка…
ГЛАВА 28
Лана
Это неправильно… Ужасно неправильно…
Я не должна была позволять им всё это.
Наверное, любая нормальная девушка на моём месте дала бы им отпор. Послала бы ко всем чертям!
Но я… видимо, я ненормальная!
Странные мысли закрадываются ко мне в голову.
После того, как у меня открылись глаза на то, что чуть не сделала со мной собственная мать, я почувствовала себя ужасно одинокой в этом мире. Одна посреди моря недоброжелателей, опасности и тревог…
Но потом снова появились они.
