Насколько ей было известно, Светлана Михайловна жила одиноко. «Как Сергей Дмитриевич», – резанула и закрутилась в голове тревожная мысль.
Дослушивала она уже на ходу, прыгая на одной ноге, чтобы попасть в штанину джинсов. Шапка осталась лежать под вешалкой, и зимний ветер тут же превратил мокрые волосы в сосульки, торчащие в стороны ледяными морковками."
"– Сумасшедшая! – крикнула ей вслед дама в норковой шубе, когда Аглая пулей промчалась мимо. На фонарях муниципалитет явно экономил, и от дома к дому приходилось пробираться в кромешной темноте, а потом долго искать номерные таблички.
Видимо, в целях конспирации указатели оказывались прибитыми только с одной стороны дома.
Задохнувшись морозным воздухом, Аглая остановилась около огромной многоэтажки, раскрашенной странными коричнево-желтыми полосами. На расчищенном от снега пятачке женщина катала коляску с ребенком.
– Подскажите, где пятьдесят шестой дом?
– А вот он, – взмахом руки женщина указала на типовую башню, опоясанную проходными балконами.
У единственного подъезда с распахнутыми дверями стояла карета «скорой помощи», и два санитара в белых халатах затаскивали внутрь носилки, прикрытые клетчатым одеялом. Опоздала! У Аглаи неприятно заныло под ложечкой. Осторожными шагами она приблизилась к машине, наткнувшись на острый взгляд фельдшера, в котором ясно читалась неприязнь к зевакам, досужим до чужих неприятностей.
Оперев на одно колено медицинский саквояж, он щелкнул замком и резко бросил в Аглаи-ну сторону:
– Что, интересно?
– Нет, что вы, – она показала пальцем на кузов, – я работаю с этой женщиной.
Прибежала помочь, а уже поздно. Можно я поеду с вами в больницу?
Фельдшер неожиданно ухмыльнулся:
– Прокатиться с нами можешь, конечно. Потом. Если захочешь. Только пациент у нас не женщина, а мужчина.
Ожидая услышать другой ответ, она не сразу осознала слова фельдшера и возмутилась:
– Какой мужчина?
– Обыкновенный. Хомо сапиенс с алкогольным отравлением.
Поставив саквояж в салон, фельдшер двумя руками закрыл дверцы машины.
Шофер включил двигатель. Это заставило Аглаю очнуться. Она рванула в подъезд, чувствуя, как остановившееся было сердце забилось с новой силой. Светлана Михайловна жила на пятом этаже, а лифт стоял на десятом. Аглая не стала ждать, пока спустится кабина, и побежала вверх, на одном дыхании перепрыгивая через несколько ступеней.
– Светлана Михайловна, откройте, это я, Аглая! – Аглая жала и жала кнопку звонка.
