Она узнала его, он не откажется от нее, но если почему-то не захочет жениться, она не представляла, как переживет это. Единственное, на что она надеялась в данный момент, — если удастся выполнить этот безумный план, она вполне сможет называть себя храброй.
Джессика представляла собой клубок нервов, когда к конюшням подъехал нанятый экипаж и лакей спрыгнул с козел.
— Я заплатил ему достаточно, так что не беспокойтесь. Адрес его светлости он знает.
Все, что ей требуется, как она считала, это добраться до дома герцога в безопасности и не привлекая к себе внимания, но теперь беспокоило, как она будет возвращаться.
Ладно, об этом она подумает потом.
Джессика быстро обняла Элизабет и Мэри.
— Спасибо вам обеим.
— Будьте осторожны, — предупредила Мэри.
— Повеселись там как следует! — добавила Элиза.
Лакей помог Джессике подняться в карету и, закрыв за ней дверцу, дважды стукнул по кузову, давая знать кучеру, что можно трогать.
Желудок у нее перевернулся, когда экипаж двинулся в ночь. И о чем она только думала? Но уже через минуту, глубоко вздохнув, нашла ответ на свой вопрос: она по-настоящему рискует первый раз в жизни, и, силы небесные, это просто изумительно!
Эйден сидел в своем кабинете и смотрел на пламя в камине.
Он не видел Джессику уже почти неделю. На столе лежало наконец-то законченное письмо к ней, дожидаясь первых лучей солнца. Утром он отправит его с самыми быстрыми посыльными и прикажет дождаться ответа. Они не могут подчиниться ситуации, ему не нужна безвольная жена.
Эйден обвинил ее в трусости.
Богатство (посчитаем это малодушием), резкость и простота — вот что удерживало его от визита к своей fiancée до сих пор. Он нарушил ее планы на Ситона, и у нее было полное право злиться на него. Но если Джессика не ответит, тогда он отправится к Уитморленду и потребует личной встречи у него. Улыбка тронула его губы. Нет, он не станет требовать, он будет умолять.
Он мог бы не поехать за ней на бал к Кранберри, мог бы не целовать ее, но не жалел ни о чем, потому что решил: эта девушка будет принадлежать ему.
Дело за малым: убедить ее, что они созданы друг для друга, что она никогда не будет счастлива с этим занудой Ситоном.
Раздался стук в дверь, и Эйден отвлекся от своих мыслей. Кто это может быть в такой час?
— Войдите!
Дверь открылась, и на пороге возник Пенвик.
— К вам леди, ваша светлость.
Эйден нахмурился.
— Леди?
— Она отказалась назваться, но, судя по всему, пришла одна.
— Отошли ее прочь: я не принимаю в такое время.
