Они, и Ленка в их числе, торчали в кафешках и барах, где «можно встретить достойного мужчину», и караулили самых перспективных холостяков в городе. Разделившись, те, кому нравятся темненькие, бегали за Староверовым, а те, кому по вкусу блондины, искали встреч с Лютаевым.
Староверов девчонок иногда снимал, а Лютаев – никогда.
Ни одной не удалось привлечь его внимание, хотя они из кожи вон лезли.
Его холодность и куча легенд, как он один нагнул весь город, делали Лютого весьма привлекательным в глазах женщин, и вот наконец я тоже его увижу.
Сунув мобильник в карман, я отправилась искать кабинет Марича, в котором еще ни разу не была. Сати куда-то провалилась, а просить охрану показать дорогу, мне почему неловко, но, поплутав по первому этажу, я все-таки нахожу искомое.
Лютаев уже там. Стоя ко мне спиной, он разговаривает с Маричем.
Такой же высокий и спортивный, но они разнятся, как день и ночь.
Правда, когда, замечая реакцию Марича на мое появление, он оборачивается, я понимаю, что глаза у него хоть и яркие, но такие же равнодушные.
Они как бы говорят: «Ничего личного. Просто бизнес».
Хотя, конечно, Лютаев хорош. Соломенные волосы оттеняют золотистый загар, черная футболка обтягивает широкие плечи, но от него веет еще большим холодом, чем от Марича.
– Анастасия, познакомься. Максим Лютаев.
– Можно Макс, – отзывается гость и осторожно пожимает протянутую мной руку. Глаза его сканируют меня, и я испытываю желание спрятаться за спину хозяина кабинета.
– Настя, – собравшись духом, представляюсь я.
Игнорируя, что я назвалась сокращённым именем, Макс обращается ко мне так, как предложил Марич:
– Анастасия, мне нужно, чтобы вы вспомнили, не было ли подозрительных обстоятельств, при которых могли установить камеру у вас в ванной.
– Нет, – теряюсь я. – Меня не было полгода. Единственная неожиданность – это то, что мы обнаружили в квартире сегодня. Этот бардак, ну и дартс этот…
Меня передергивает от воспоминания о моменте, когда сработала та штука. Перед глазами встает картина с воткнувшимися в Марича дротиками.
По спине пробегает дрожь, и вдоль позвоночника выступает испарина, хотя в кабинете работает кондиционер.
Марич жестом предлагает мне сесть, и я решаю, что это неплохая идея. Мужчины следуют моему примеру, и разговор продолжается.
– Камеру установили не сегодня и не вчера, а намного раньше, – берет слово Лютаев, глядя на мрачного Марича. – Судя по серийному номеру, который ты мне сбросил, игрушку действительно купили у нас.
