Были же и цветы, и ухаживания. Все было так красиво…
Где-то я просчиталась. Мама говорила, что от женщины зависит, сохранятся ли отношения. Испытывая потребность пожаловаться на Андрея, звоню Ленке, но она не отвечает.
И, накрутив себя, я набираю Андрея.
– Насть… Привет, – запыхавшись, отвечает он.
– Ты на тренировке?
– Я? Да… на тренировке… Уф… Что-то случилось?
Я закипаю против воли.
Да. Случилось.
У меня погибли родители, на меня покушаются, я живу у Марича, чтобы с ним спать. Определенно, что-то случилось.
А ты даже не звонишь.
– Ты меня не терял? Я сейчас живу не в загородном доме, – обтекаемо говорю я.
– Да? Хорошо, что сказала. Лена вроде хотела к тебе заехать.
Только Лена? А ты?
– Ее телефон не отвечает.
– Ну, – хохотнув, Андрей предполагает, – у неё сейчас забот полон рот. Ай!
– Что такое?
– Ничего. Не обращай внимания.
– Андрей, – помявшись, решаюсь спросить я, – у нас все хорошо?
– Да, Насть, конечно. Я понимаю, что свадьбу лучше отложить. Ты сейчас придёшь в себя, и через полгодика мы поженимся.
Ох… О! Слушай, я нужен в игре, созвонимся попозже.
Он кладёт трубку, а я невидящим взглядом пялюсь в стену.
Лучше? С чего он решил? Свадьба и так нескоро.
Но возражать ему по этому поводу… Это будет звучать, не как «мне нужна твоя поддержка», а будто смерть родителей для меня ничего не значит. Я и так постоянно чувствую себя виноватой из-за того, что задвигаю переживания на задний план.
Надо ещё тёте Оле позвонить. С ней хотя бы можно поговорить о папе с мамой.
От этого решения меня отвлекает стук в дверь.
– Анастасия Дмитриевна?
Это кто-то из охранников.
– Да? – подаю я голос.
– Александр Николаевич приглашает вас в кабинете. Лютаев уже заехал на территорию.
Лютаев? Тот самый?
Глава 10
Скромный домашний сарафанчик теперь кажется мне чересчур откровенным, и я переодеваюсь в джинсы и футболку."
"Глядя в зеркало, вспоминаю, как Марич трогает мои волосы, наматывает их на кулак, и сердито собираю их во французскую косу. Придирчиво рассматриваю свое отражение: мама говорила, что это причёска королев, но сейчас на вид мне можно дать лишь лет двадцать, и то с большой натяжкой.
Разве что грудь не подростковая.
Ну, в конце концов, подчёркивать сексуальность не в моих интересах.
Выглянув из окна, я обнаруживаю припаркованное во дворе авточудовище.
Какой хозяин, такая и машина.
Ужас.
Лютаев – в городе персона довольно известная, но я никогда с ним не встречалась, только слышала о нем от девчонок в универе.
