Спасаясь, он убил человека в таком раннем возрасте. Я всё думал, смог бы сам так или нет. Когда смерть наступала на пятки, дышала в спину и шептала, что скоро заберёт, смог бы я бросить ей вызов, как Люмьер? Ребёнком он видел переворот, не по своей воле стал участником всего этого хаоса, но самое важное, что он смог выжить.
Уйдя в свои мысли, я не сразу понял, что водитель остановился у точки назначения. Я вышел из салона. Во всём здании было темно, а из окон комнаты Скэриэла на втором этаже доносились крики и шум.
Попахивало большими проблемами. В Доме должны были остаться Виктор и Валери.
Взлетев по ступенькам на крыльцо, я кое-как впопыхах разобрался с замочной скважиной, – ключ в дрожащих руках отказывался сотрудничать, – забежал по дороге на кухню и, прихватив огромный разделочный нож, пулей поднялся на второй этаж.
– Скэриэл!
Я вбежал в его комнату с ножом наготове. В ту же секунду рядом с моей головой что-то пролетело и разбилось о стену. На пол у двери посыпались обломки и щепки.
Скэриэл сидел в центре комнаты на стуле, напротив большого окна, за которым дождь лил не переставая.
В редких вспышках молний, освещавших помещение, я с трудом разобрал его силуэт.
– Скэриэл?
Не глядя, он взмахнул рукой, и кровать с грохотом врезалась в стену. Я замер, опасаясь сделать лишнее движение и спровоцировать его.
– Где был? – спросил он низким пугающим голосом.
– Навещал Эдварда, – ответил я, готовый к очередному взмаху его руки.
– И как он?
– Получше, чем мы.
Скэриэл глухо рассмеялся.
– Да, ему бы всё это не понравилось, – заметил он.
– Ага, – согласился я. – Но он бы быстро всё привёл в порядок.
Скэриэл молчал.
– Мне очень не хватает порядка в голове.
– Прямо сейчас или вообще? – попытался я в юмор, чтобы разбавить гнетущую атмосферу.
– Есть разница?
– Честно говоря, нет, – признался я. – Ты не в порядке с тех самых пор, как я встретил тебя в интернате.
Я включил свет и огляделся. Повсюду валялись осколки стёкол и обломки мебели. От письменного стола остались только три ножки и один выбитый ящик.
Не знаю, что хотел устроить Скэриэл, но если он планировал разнести свою комнату, то у него это получилось.
– Где Виктор и Валери?
– Я выгнал их прошлой ночью.
Я с облегчением выдохнул. Они живы, а это главное.
Скэриэл поднял правую руку, поясняя свои действия одним жестом. Она была по локоть чёрной, будто вымазанной углём. Как долго он пользовался материей, что кожа приобрела такой цвет? Опустив руку, он тяжело вздохнул.
