– Почему вы так уверены?
– Понятия не имею.
– Вероятно, Габриэль ревновал?
Жан-Феликс не спеша отпил глоток кофе.
– Да, скорее всего.
– И, наверное, видел в вас соперника? – не унимался я.
– По-моему, вы уже и так все знаете.
Я понял намек и сменил тему:
– Смею предположить, вы виделись с Алисией незадолго до гибели Габриэля, верно?
– Да. Я ездил к ней домой.
– Не могли бы вы чуть подробнее рассказать о той встрече?
– Приближалось открытие выставки, а Алисия не успевала закончить работу. И очень нервничала, что логично.
– На тот момент вы еще не видели картины, предназначенные для выставки?
– Нет. Алисия все никак не могла выделить день, чтобы показать их. И поэтому я решил приехать сам. Сначала заглянул в мастерскую в дальнем конце сада, но Алисии там не оказалось…
– Интересно.
– Я обнаружил ее в доме.
– Простите, как вы туда вошли?
Мой вопрос застал Жан-Феликса врасплох. Он быстро прикидывал в уме, что ответить.
– Ах да! Сейчас объясню. В дальнем конце сада есть калитка, которая ведет на улицу.
Алисия ее очень редко запирала. А из сада я через черный ход вошел в дом, на кухню. Дверь черного хода тоже всегда незаперта… Знаете, вы больше похожи на детектива, чем на психиатра.
– Я психотерапевт, – мягко поправил я.
– А есть разница?
– Я всего лишь пытаюсь лучше понять душевное состояние Алисии. Что вы можете сказать о ее настроении в тот день?
– Она вела себя как обычно. – Жан-Феликс пожал плечами. – Ну, может, немного волновалась из-за выставки.
– И всё?
– Ее внешность и поведение никак не указывали на то, что через несколько дней она застрелит мужа, если я правильно понял ваш вопрос.
– Жан-Феликс допил кофе, и тут ему в голову явно пришла неожиданная мысль: – Хотите взглянуть на некоторые из ее картин? Пойдемте! – Он быстро направился к двери, не дожидаясь меня, и взмахом руки пригласил за собой.
20Я последовал за Жан-Феликсом в основное хранилище. Он подошел к огромному стеллажу, извлек оттуда одну за другой три завернутые в покрывала картины и закрепил на рельсе, оборудованном специальными крюками.
Затем осторожно убрал с каждого холста защитную ткань.
– Вуаля! – И отступил в сторону, гордо представляя мне первую из картин.
Я увидел изображение, выполненное с типичной для Алисии фотографической реалистичностью. На холсте с точностью до мельчайших деталей была запечатлена авария, в которой погибла ее мать. Тело женщины безвольно лежит на руле. Она вся в крови. Не возникает сомнений: женщина мертва.
