Душевая лейка никак не хотела настраиваться на нужную температуру, то холодным стрельнет, то кипятком обдаст. Кое-как ополоснувшись, она поняла, что полотенца с собой не захватила. Не голой же и мокрой бежать через всю квартиру, где полы месяц тряпки не видали?
— Сережа-а-а! — выкрикнула. Нечаянно громко, будто ее тут убивают.
— Что? — он дернул дверь на себя и прокатился взглядом по узкому помещению, пока не остановился на ней, закрывающей груди ладошками. Волосы прилипли к коже, покрывшейся мурашками.
Глаза полковника опустились ниже, еще ниже.
— П-полотенце в шкафу найди, п-пожалуйста. Там еще халат… Если тебе не трудно, — Юлька переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя… голой. С целлюлитом, растяжками на бедрах, со вмятым шрамом от аппендицита. Даже родинка у пупка испугалась, что ее увидят. Юля повернулась боком. Как ей казалось, с такого ракурса меньше видно.
Травкин почему-то не спешил. Он будто изучал ее, детально рассматривая.
— На лобке волосы не брить! Так мне больше нравится, — развернулся, наконец, и исчез в хорошо просматриваемом темном проеме в комнату.
Юле хотелось настучать себя по лбу. К черту это полотенце, она сейчас околеет. Можно так одежду натянуть, почти все стекло и сквозняком высушилось. У нее колени синие и пальца ног, как у покойницы…
— Держи! Что нашел, — повесил все на крючок и прикрыл за собой дверную створку.
С этой стороны.
Глава 26
— Не смотри, — Юля потянулась, чтобы схватить халат и укрыться от его зорких пронизывающих глаз.
Травкин загородил собой одежду. Она так и стола с протянутой рукой, забыв, о холоде. Держала его взглядом. Дыхание участилось настолько, что зеркало над раковиной запотело. Распознать, что задумал мужчина сложно, так сразу по каменному лицу не угадаешь, что он о ней думает. Конечно же, Юлия себя накрутила: повела себя словно распутная девка, соглашаясь на все.
— Чай остынет, — она придумала, чем отвлечь Сергея. — Или уже остыл, — шевелила губами, чувствуя внутри поднимающийся жар.
"
"— Плевать. Иди сюда, — обхватил тонкое запястье и потянул на себя. Пришлось обхватить его плечи. Грубая шерсть кофты коснулась бусин чувствительных сосков. Пошла новая волна мурашек по телу.
Его рука расстегнула ширинку, явив эрегированный орган. Мужские губы впились требовательно в юлькин рот, заставляя забыть обо всем. Подхватив под бедра, резко развернулся, оказавшись сидящим на бортике ванны. Опустил ее на себя, не разрывая поцелуя.
