Сказав: «пока», скидывал.
Юлия еще потом долго смотрела на телефон, словно он мог выдать, что у юлькиного любовника на уме. Понятно, что мужчина ничего не обещал, ничего не предлагал, но было чертовски обидно, что вот так… Будто прячется от нее или наказывает за что-то. Она, не дурочка. Юля бы изо всех сил сделала вид, что все по-прежнему и не стала навязывать себя…
Навязывать. Женская тоска по сильному плечу? Слезы в подушку? Смешно, ей-богу. Юлия не из тех, кто ради мужика в омут с головой, забыв, что есть дочь и сын, которые в ней нуждается.
Вон, Костик отколол ледышку и посеменил спрятаться за дерево, чтобы там сосульки нализаться.
— Вкусно? — она выглянула сверху, наблюдая за высунутым розовым языком.
Под ее рукой грубая пористая сосновая кора с капельками застывшей смолы. Есть место, где Коська ее внизу колупал, в надежде найти червячка, каких долбит прилетающий дятел.
— Неть, — тут же захлопнул рот и оттянул нижнюю губу, намереваясь зареветь, если мама станет сильно ругать.
Так хочется запретного попробовать, особенно когда нельзя. Неразрешенное — слаще, интересней, чем конфета — батончик в кармане комбинезона.
— Маму угостишь? — хитро прищурилась Юля.
Малой от удивления растерялся и выронил «леденец». Затоптал ногой «улику». Вредное можно ему, но не маме… Заболеет еще, горлышко простудит, кашлять начнет. Ну, так мать описывала последствия кушанья снега и льда.
— Пойдем, — протянула руку, за которую мальчик тут же ухватился.
— У нас есть дела. Нужно твои старые ботиночки отдать. Юлия вынула из сумки пару хорошей обуви, которая Косте стала мала. И они зашагали в сторону мусорных контейнеров. С тыльной стороны от баков, за перегородкой, жители выкладывали на фанеру вещи, которые были не нужны, но выбрасывать жалко, вдруг кому-то сгодится.
— Писять, — запритаптывал Коська, когда они поставили ботинки рядом с другими женскими сапогами, завалившимися на бок на высоченных каблуках.
— До дома не дотерпишь? — нахмурилась Юля, что придется коськину пипку морозить.
— Неть, — жалобно запищал мальчик, шмыгая носом."
"Поставив сумку, Юлька буквально на пару минут отвлеклась, пока сын справлял свои дела. Застегнув на комбинезоне молнию, она обернулась назад… Сумки нет. Побегала вокруг, высматривала. Костик за ней носился с веселым смехом, думая, что у матери такая игра. Угомонился, когда, Юля всхлипнула и закрыв ладошкой рот, осела рядом.
