Они решили также проверить, есть ли доля истины в словах Мадлен Сведин по поводу психического нездоровья Фриды. Проблема заключалась лишь в том, что Фрида все больше замыкалась в себе, а из ее ближайшего окружения — Густава и супругов Юландер — тоже мало что удавалось выудить.
— Надо надавить на Амину, — заявила Чарли. — А что? Она убирает у них в доме, не раз оставалась с Беатрис и проводит там много часов в неделю. Она должна еще что-то знать.
— День выдался погожий, — сказал Грегер, пока они ехали в сторону Крунупаркена.
— Да, точно, — откликнулась Чарли.
До этого момента она не обращала внимания на погоду, но сейчас выглянула наружу из окна машины и, увидев, как солнце освещает нежно-зеленые листочки берез, не могла не согласиться. Она подумала о Беатрис. Доведется ли ей увидеть первую весну в своей жизни? Доведется ли окунуть ножки в воду, поиграть в песке, сделать свои первые шаги по траве?
— Как думаешь, нам удастся заставить Амину заговорить? — спросил Грегер.
— Даже не знаю. Она проявляет к своим работодателям такую лояльность.
— Ты говоришь так, будто отчаялась.
— Не без этого, — ответила Чарли.
Но она испытывала не только отчаяние. Вера в победу добра, сопровождавшая ее еще вчера утром, сменилась бессилием, разочарованием и нарастающими опасениями, что дело вообще не удастся раскрыть. Чарли знала, что это самый худший исход для родителей — так и прожить в неизвестности, когда остается какое-то подобие надежды. И еще одна мысль, постоянно жужжавшая где-то на периферии сознания: может быть, они уже знают ответ.
Она показала Грегеру, куда свернуть и где припарковать машину. Амина распахнула дверь еще до того, как они успели позвонить.
— Заходите, — пригласила она их.
Они зашли в кухню и уселись. На этот раз Амина не предложила чаю. Джамал вошел и поздоровался, но потом оставил их.
— Нам нужно еще раз поговорить с тобой о Густаве и Фриде.
— Вот как?
— Очень важно, чтобы ты отвечала правдиво, понимаешь?
— Да.
— Как Фрида чувствовала себя в последнее время? — спросила Чарли.
— Я имею в виду — до того, как пропала Беатрис. Не заметила ли ты каких-нибудь изменений, ссор между ней и Густавом — чего угодно.
Амина покачала головой и сказала, что уже отвечала на этот вопрос.
— Амина, — проговорила Чарли. — Мы пытаемся найти ребенка, мы хотим найти Беатрис. Ты действительно хорошо подумала?
Амина отвела глаза, потом опустила их, глядя на свои израненные руки. Чарли отметила, что они выглядят хуже, чем при их последней встрече.
